Затянутое тучами небо плавно меняло оттенок, из светло-серого становясь всё более тёмным. Наступала ночь.
— Может, костёр развести? — предложил Гармад, поглаживая седую бороду. Весь день выдался на удивление холодным, поэтому под вечер без костра или тёплой одежды было не обойтись. Со вторым у большинства присутствующих было довольно напряжно, поэтому они охотно согласились.
Кузнец принялся раскладывать валяющиеся рядом камни в подобие круга. Закончив, он залез в довольно крупный рюкзак и вынул оттуда небольшой меочек. Развязал хитрый гномий узел на конце, высыпал содержимое в круг — это оказался древесный уголь. Гармад повернулся к сидящей слева от него молодой девушке, одетой в светло-зелёные кофту и юбку, с улыбкой произнёс:
— Рьина, жги.
Полусонная рыжеволосая девица даже не стала убирать чёлку, полностью закрывающую левый глаз, выкинула вперёд правую руку и что-то тихо прошептала. Уголь вспыхнул ярко-ораньжевым пламенем. Все сидящие рядом мгновенно придвинулись к костру, желая согреться.
Гном снова полез в рюкзак. Сидела компания тут уже довольно долго, потому «топливо» сейчас было как раз кстати. Кузнец достал подобие кастрюли, залил туда воды из фляги, накидал всяких овощей и главное — большой и сочный кусок мяса. Овощной суп это для эльфов, ему же, Гармаду, нужно было нечто посерьёзнее моркови и какой-нибудь там петрушки, залитых еле-еле тёплой водой. Хитро подвесив всю эту конструкцию над огнём, гном достал трубку и попросил Рьину помочь прикурить.
Познакомились все относительно недавно — около трёх-четырёх часов тому. Все по отдельности приследовали одну и ту же цель — ждали корабля из Руны в Глудио. Он практически не ходил в последнее время, да и хранительница портала приболела, поэтому многие предпочитали добираться пешком. Привал решили устроить недалеко от самого города, на возвышающемся над морем утёсе. Отсюда открывался хороший вид на порт, поэтому можно было спокойно наблюдать за кораблём.
Гармад, будучи расчётливым представителем гномьей расы, решил плыть только из-за соображений безопасности. Ну, не столько из-за безопасности, сколько из-за экономии, ибо гном был крепок, силён и хитёр. Путь полон опасностей, а ведь это значит, что скорее всего придётся тупить свой топор о всяких тварей, да и они могут неплохо помять его лат. Будучи кузнецом, он мог довольно быстро устранить повреждения, но для этого нужны были ресурсы, труд и время. Но ресурсы нужны были для изготовления вещей на заказ, а времени у кузнеца практически всегда не хватало. Да плюс ещё расходы на исцеляющие зелья — раны без их вмешательства затягивались бы довольно долго.
А вот Рьина и Вайль скорее из-за безопасности. Рыжая была скорее новичком в волшебстве — Гармад заметил это, когда она чуть не спалила ему всю бороду, — потому пока что побаивалась ходить в одиночку по всяким мрачным местам. Вайль же был эльфийским менестрелем. Щегольская одежда, весёлый характер, мандолина за спиной, вместо боевого клинка или топора — тонкий меч, который обычно носят с собой маги, по оценке кузнеца — даже заточенный плохо — всё указывало на то, что эльф, мягко говоря, не очень любил драться.
А вот третий спутник Гармада был полной противоположностью Вайлю. Мрачный, облачённый в латы таллума тёмный эльф даже представился Хейлем. Было хорошо понятно — кто это такой. Он был довольно замкнут и молчалив, нечто особенное в его движениях и два острых сверкающих клинка за спиной явно указывали на то, что он — танцор смерти. Причины, по которым он решил отправиться в Глудио по морю, кузнецу были тоже неизвестны. Он вообще почти не разговаривал с остальными, однако никого это не смущало.
Суп был уже готов, кузнец снял с костра хитрую конструкцию, достал из рюкзака жестяную миску, наполнил её дополна и приступил к трапезе, добродушно бросив перед этим «угощайтесь».
Тёмный не ответил, Рьина вообще уснула — вымоталась, пока к порут шли. Вайль же глянул в кастрюлю, внимательно оглядел содержимое, втянул носом запах и, видимо, обнаружил наличие мяса в сием продукте, так как немного сморщился, после чего с улыбкой произнёс:
— Нет, спасибо. Я вегетарианец.
Хейль коротко глянул на него, подняв бровь.
— Светлоухие, — равнодушно бросил он, поднимая взгляд к небу. После он достал один из своих клинков и стал тщательно палировать лезвие проспиртованной тряпкой.
Человек, сидящий по другую сторону костра, покачал головой, подвинул немного алебарду, лежащую рядом с ним, взял кострюлю с варевом гнома, оглядел товарищей.
-Ну, раз все-такие сытые — я, пожалуй, доем, — сказал он, с наслаждением зачерпывая бульон. — Благодарствую, — а это уже непосредственно кузнецу.
Последнего из группы звали Дирз. Обросшее щетиной добродушное лицо вызывало чувство доверия и спокойствия, а по характеру копейщик чем-то напоминал самого Гармада. Можно было даже не спрашивать — почему он решил воспользоваться кораблём. Достаточно было взглянуть на его вещи, а точнее — на их количество. Среди остальных он показался гному самым, так сказать, адекватным. Но вот «топлива», казалось ему, вмещал в себя намного меньше, естественно, работать дольше дварфа не мог, потому Гармад чувствовал в себе какую-никакую, а гордость за себя и весь гномий народ.