Не мои рассказы
Путешествие из Руны в Шутгарт
Автор Белокрылый   
09:01:2012 г.
Когда-то в другом времени-месте-пространстве нежданно-негаданно в далёкой-предалёкой стране зашёл к магу-самоучке знакомый археолог, которому нужна была помощь: копатель где-то обнаружил два совершенно одинаковых и довольно больших старинных сундучка, которые он никак не мог открыть, хотя перепробовал всевозможные способы.
Маг открыл их и обнаружил внутри древние свитки, а также открыл загадочную закономерность: свитки в обоих сундучках были пронумерованы, в первом сундучке были истории, будто написанные придворным летописцем – тут присутствовали и высокопарный слог, и тонкие сравнения и восхваления героев, а во втором сундуке были вроде те же истории – но написанные как будто участником тех событий.
Тайн было много. Например, на обоих сундучках были светящиеся надписи и радиация была здесь ни при чем! Маг проверил. Удивительно, но стоило колдуну прочесть свитки под номером «3» из первого и второго сундучков, в котором рассказывалось о злобном некроманте и двух героях-инквизиторах и попытаться взять новую историю как случилось нечто уж совсем из ряда вон выходящее… Первый сундук, на котором раньше мерцала надпись: «Дела давно минувших времён – легенды достославного града Гирана» ярко вспыхнул, на секунду ослепив волшебника – и погас.
Надпись изменилась. Теперь там красовались слова: «О путешествии из славного города Руны в столицу севера Шутгарт». Слова на втором сундучке – «… и как это было на самом деле» не изменились и всё так же приветливо светились. Всё также были вырезаны на крышке сундучка две фигуры, однокрылого камаэля и огромного орка, с надписями «Белый» и «Репка». Но кроме них появились ещё одна, третья! Гном, с бородой и почему-то во парадном костюме. Подивившись, маг снова наугад взял свиток из первого сундука. На сей раз время не пощадило творение прошлого – на полуистлевшем свитке можно было разобрать лишь отдельные бессвязные слова:
«Великий Мастер-Инквизитор… известный многими героическими подвигами… смелым воителям… направить карающий меч Святой Инквизиции… Земли Севера… Следуя зову сердца… Злобный соперник… в ловушку двух славных героев…»
На свитке стоял номер «7». Маг, закусив нижнюю губу, чуть поискал во втором сундуке свиток с таким же номером, сотворил кружку горячего шоколада, тарелку печенюшек – и приступил к чтению.

* * * * * * *

Свиток «7».
«О пользе пеших прогулок и причудах времени».

Империя славилась не только своими бескрайними просторами, реками-морями-полями-городами мирными, гостеприимными жителями, но ещё и Святой Инквизицией. Эта благословенная богами грозная организация вершит справедливый суд над предателями, исчадьями тьмы, еретиками, культистами и прочими отступниками, которые имеют дурную привычку вредить всему доброму и светлому, а также устраивают непонятные демонстрации, требуя какой-то загадочной демократии и невесть каких перемен в спокойной неторопливой жизни.
Два доблестных младших инквизитора: орк Репка и камаэль Белый совсем недавно вернулись с очередного задания по поимке страшного некромага Смерти (в легендах о Гиране упоминался этот злобный неадекватный маг, который очень, очень много раз пытался уничтожить сей бренный мир и в последний раз до того обнаглел от безнаказанности, что создал штаб-пещеру прямо под нерушимой столицей Империи).
К сожалению, храбрые инквизиторы задание начисто провалили, именно поэтому сейчас наши герои, вытянувшись по стойке смирно и боясь вздохнуть, находятся в Руне, в отделении Инквизиции, в шикарном кабинете Главы Инквизиции - своеобразного гнома по имени Сдвиг. Кабинет был большой, в понимании гномов, и обставлен, опять же в понимании гномов, с большим вкусом, а несколько статуй героев прошлого и картины великих сражений времён Тёмных Войн придавали ему особый, инквизиторский шарм. Посреди кабинета возвышался лично гном Сдвиг Светоносный – Глава Священной Инквизиции Империи.
Можно вдосталь посмеяться над такой шуткой судьбы, ведь Инквизиция очень серьёзная организация и наличие гнома на столь высоком посту вызовет лишь удивление… но только у человека (орка, гном, эльфа и прочее), который не знает Сдвига на деле.
Этот гном с первого дня основания Святого Ордена служил добру и свету. И легенды ходили о низкорослом воине в блестящих белых доспехах (к слову, они редко когда были начищены до блеска), который, входя в боевой раж, мощными ударами заговорённого молота поражал отступников и еретиков (хотя в мирное время с помощью этого же молото очень удобно чинить покосившийся заборчик добродетельной вдовой соседки и аккуратно колоть орехи – лесные или грецкие). Белые доспехи уже много лет пылились в особом шкафчике кабинета, Сдвиг сменил их на строгий костюм. И бабочку. В виде маленькой летучей мыши вампирского вида с большими белыми зубками.
Плюс к этому Сдвиг обладал уникальным для своей расы свойством: когда вы общались с гномом, который едва доставал вам до пупка, то казалось, будто карлик-собеседник возвышается над вами на добрых две головы. Причуды магии или проявление особой силы духа? Кто знает… Добавьте к этой картине совсем уж неуместные черты навроде всклоченной бороды и пронизывающего «особого инквизиторского» взгляда.
В данный момент времени Сдвиг глядел снизу вверх (читай – сверху вниз) прямо в неподвижные и даже чуть остекленевшие глаза своих опростофилившихся подчинённых и распекал. Каким-то непостижимым образом начальники всех времён, народов, рас и характеров делают это очень и очень хорошо…
- Начнём с того, - вкрадчиво проговорил Сдвиг, - что доверенное вам Священным Орденом задание было… - гном с трудом подыскал нужные слова – бездарно про…. попрано!
Орк и камаэль вытянулись ещё сильнее и старались даже не дышать – тем более, что легендарный молот Сдвига был тут же в кабинете: древнее оружие стояло у стеночки, чуть заметно поблёскивало и выглядело, мягко скажем, устрашающе.
Поговаривали, что этим самым молотом будучи Старшим Инквизитором Сдвиг Светоносный покарал бессчётное число демонов и отступников, и уже совсем легендарной была способность начальника впадать в ярость и становиться неуправляемым берсеркером: совладать со Сдвигом можно было лишь одним способом – как можно точнее и быстрее выполнить любой его приказ. Пока Белый прикидывал возможную траекторию полёта брошенного молота и способы уклонения, Сдвиг продолжал воспитательные работы:
- … святая миссия, которую вы, бестии, бездарно провалили! Инквизитор Репка, инквизитор Белый – делаю вам обоим выговор! Да! И если подобные ляпы продолжатся…
Тут взгляд Сдвига на секунду остановился на молоте, Глава Инквизиции, казалось, размышлял. Затем, похоже, принял милостивое решение. Белый и Репка облегчённо выдохнули.
- …однако, помятуя о ваших прошлых заслугах, так и быть, дам вам ещё один шанс на исправление, да простят боги мою доброту… Итак, задание предстоит достаточно любопытное, - тут Сдвиг с быстротой молнии метнулся к резному шкафчику, достал огромную карту империи и разложил её на столе, жестом подозвал подчинённых, а сам отошёл к окну, взял огромную кружку и стал наливать себе какой-то странный тёмный напиток из серебряного чайничка. В кабинете запахло коньяком. Карта же, действительно, была настолько великолепна, что вызвала немой восторг у Репки и ликование Белого.
- О какая прелесть! – расчувствовался крылатый. – Смотри-ка Репа, - обратился он к орку, – вся Империя как на ладони, вернее, как на столе… Горы, реки, леса… Города! И в некоторые города, деревеньки и даже столицы флажками отмечены!
Камаэль с восхищением разглядывал карту, на которой было понатыкано великое множество разноцветных маленьких флагов. А Сдвиг в это время сосредоточенно выпивал содержимое кружки.
- Гляди-ка, - продолжал Белый, - на флажках вроде даже что-то написано, - однокрылый наклонился поближе, - так-так, да тут вроде имена… (Сдвиг Светоносный моментально прекратил пить и настороженно прислушался) Ну да, имена гномих! Значит на флажке Диона – Салли и Фавина, на флажке Орена – Мелисса и Кейти, а на флажке Гирана аж целых пять имён….
Белый не успел договорить, когда Сдвиг с несвойственным гномам проворством в один прыжок очутился перед столом, в мгновение ока скатал карту, и, взяв с инквизиторов клятву о вечном молчании и неразглашении государственной тайны, поспешно запихнул её в самый дальний ящик стола. Он лишь заметил, что эти имена «оперативные псевдонимы наших секретных агентов и осведомителей, да именно!». На что Белый резонно заметил, что гномиха-агент это правильно. А Репка глубокомысленно молчал, только немного покраснел и временами озорно и даже с пониманием поглядывал на Сдвига.
Глава Инквизиции достал новую карту, внимательно проверил возможное наличие флажков и начал вещать:
- Значит так. Это город Руна, - гном с сомнением посмотрел на подчинённых и на всякий случай пояснил - мы сейчас находимся в этом городе. А вот сильно севернее и восточнее - узловатый палец прочертил дугу на карте, - стоит себе град Шутгарт. Ситуация такая – ваш некромаг был замечен в окрестностях этого города через несколько часов после вашего позорного провала. Подытожим, - голос Сдвига стал даже торжественным, - именем Святого Ордена Инквизиции, повелеваю вам немедля отправится в Шутгарт и разыскать любые следы этого еретика Смертоносного, а когда обнаружите – успокойте его наконец. Приказ ясен? Точно? Повторите. Так теперь вольно и чтоб с утра уже стояли в Шутгарте у тамошней штаб-квартиры, готовые к докладу, лично телепортируюсь, проверю. И не халявить мне! Да я за двадцать минут бегаю из Руны Шутгарт, если приспи…. эээ в общем, когда того требуют серьёзные государственные дела. Кру-гом!
Инквизиторы дружно развернулись на каблуках, но тут Белый почему-то задержался.
- Сэр… - начал было он.
- Да что ещё то! – Сдвиг явно нервничал и хотел поскорее избавиться от назойливых подчинённых.
- Нам бы денег чуть-чуть… - затянул камаэль старинную песню о скудном финансировании бесстрашных воинов Святой Инквизиции. – На портал до Шутгарта, таверну, жен… ээээ на корень жень-шеня для бабушки Репы, приболела она знаете ли… Тот некромант был очень могущественным и злобным, но крайне прижимистым скрягой: не оставил нам ни единого золотого, а мы ведь так хорошо искали!
Гном, насупившись, слушал все эти жалобы очень недолго а потом…
- На портал значит… - сдвиг Светоносный сжал кулаки, - вооон проходимцы!!! Ни золотого, ни серебряной монетки! Пешком! На лошадках! Нанимайте магов! Впрягайтесь в телеги торговцев, тащите друг друга – как угодно, но к завтрашнему утру вы оба должны стоять в Шутгарте. А если утром не найду вас на месте….
Тут рука Сдвига дрогнула и вроде сама собой потянулась к зачарованному молоту у стены. Глаза гнома очень нехорошо заблестели. Друзья, вспомнив о том, сколько безызвестных демонов пало от рук и ног их начальника-берсеркера спешно ретировались.
Отдышавшись в конце длинной лестницы и показав кулак ухмыляющемуся караульному, инквизиторы стали собираться в путь.
Приготовления к путешествию заняли несколько минут. Орк взял заплечную сумку с разнообразной снедью, а Белый в это время старательно запихивал в свой рюкзачок рукавички, тёплую шапку и полушубок с меховым воротником. Потом зачем-то набрал целую сумку самых экзотических защитных амулетов, талисманов, пучков антимаг-травы и всевозможных противомагических оберегов.
- Эт зачем? – поинтересовался орк, указывая на пухлый рюкзачок с тёплыми вещами.
Камаэль, усмехаясь, достал миниатюрную карту Империи и стал объяснять.
- На портал денег, естественно, не дали. Пойдём пешком. Дорожки проторены и мне хорошо известны. Тёплые вещи – так ведь мы будем идти через знаменитый Ледяной Лабиринт! А там знаешь ли минусовая температура. И, говорят, Снежные Бабы обитают, с холодными сердцами и отличным аппетитом…
Орк досадливо отмахнулся:
- Согревать воина должен боевой дух. Хотя… Снежные Бабы будут рады, что их обед прибудет тёплым… А талисманы-амулеты к чему? – орк теперь смотрел на внушительную сумку с защитной атрибутикой. Камаэль покраснел.
- Ах это… Некромаг на которого мы охотимся… Наш горячо любимый начальник, да продлятся его годы, сказал, что тёмного мага, которого мы упустили, его зовут Смертоносный. Слышал я это имя… И тем более странно что он пощадил нас тогда, в подземелье Гирана. Это древний, умелый и очень могучий волшебник, способный на самые разные козни. Ох, чует моё сердце не раз ещё встретимся мы с ним, вот и решил подготовиться, мало ли что…
Орк одобрил такое поведение брата-инквизитора, хотя сказал, что вся эта волшебная защита – суть ересь и чушь собачья, потому что следует рассчитывать только на свою силу духа и боевые навыки. Однако, когда камаэль отвернулся, Репка наугад выбрал неприметный талисман из обширной кучки (какую-то небольшую гладкую тёмную пластину из холодного металла) и аккуратно положил в свой карман, мало ли что…
Инквизиторы начали своё путешествие. Они вышли из штаб-квартиры, посмотрели на: суетливых представителей всех рас вокруг, голубое в игривых облачках небо, светлое солнышко, на несколько секунд ослепли, а потом перевели прояснившийся взгляд на окна отделения Святого Ордена Инквизиции Руны.
С верхнего этажа, отдёрнув тяжёлую красную занавеску с кисточками, на них в упор смотрел Сдвиг Светоносный.
Он наверняка встал на особую табуреточку, обитую дорогой красной шёлковой материей, чтобы казаться чуть выше, но для наших героев одного вида наблюдающего за ними начальника было достаточно. Они, демонстрируя невиданное усердие, бодрой рысью помчались по улице, забежали за угол, отдышались и уже степенно, не спеша, пошли к выходу из Руны.
Сдвиг Светоносный, чуть заметно улыбаясь, проводил глазами мчащуюся парочку, задёрнул штору и произнёс, обратившись к человеку, одетому не по солнечной погоде в чёрный плащ с капюшоном, закрывавшим лицо:
- Твоя цель – те двое. Только наблюдать. Даже при смертельной опасности не помогать ни в коем случае! – и, помолчав, гном добавил, - они единственные за последние двести лет, кому удалось уйти живыми от Смертоносного. Вряд ли нежить отпустила их просто так… Только сопровождение и докладывать мне лично обо всех странностях!
Загадочная фигура в капюшоне согласно кивнула и засобиралась уходить. На пороге наш новый герой споткнулся, сдавленно ойкнул, потирая ушибленную коленку и, снова напустив на себя таинственный вид, двинулся к выходу из штаба Инквизиции…

На выходе из Руны наши герои немного задержались: Белый заметил двух милых котят, чёрного и белого, которые жалобно мяукали, испуганно озирались и дрожали. Надо сказать, что камаэли неизвестно почему испытывают большую любовь к кошкам, может быть, потому что всё однокрылые – отличные маги, а все кошки – тоже кое-что понимают в колдовстве. Пока орк отпускал саркастические замечания по поводу гастрономических пристрастий напарника, Белый взял котят на руки, успокоил и наскоро объяснил, как жить и везти себя в густонаселённом городе. Как ни странно, котята его вполне поняли и, оказавшись на земле, благодарно мотнули хвостиками и задали стречка в ближайшую улочку.
- Хороший знак, если встретил чёрно-белых котят вначале пути, - ласково глядя на удирющих котят, сказал камаэль и добавил, - да уж… в начале длинного и трудного пути, который необходимо именно ПРОЙТИ. Пешие прогулки конечно полезны, но не для камаэлей…
- Не для халявщиков камаэлей, - подмигнул Репка товарищу, - и не для трудолюбивых орков…
И вдруг пробормотав «погоди-ка, погоди-ка» здоровяк полез в заплечную сумку и достал оттуда прозрачный пузырёк с подозрительной фиолетовой жидкостью. Камаэль только удивлённо присвистнул.
- Младший инквизитор Репка, - нарочито строго, насупив брови, проговорил Белый, - как вы объясните наличие у вас очень дорогого и крайне редкого зелья вызова Магического Коня, которое ещё совсем недавно могло быть в пещере упущенного нами некромага??? – вопрос был задан таким тоном и с такими особыми паузами, что Репка и бровью не повёл, когда отвечал, что СОВЕРШЕННО СЛУЧАЙНО нашёл вышеуказанное зелье на улице. Одна беда – пузырёчек-то был наполовину пустой… «И я даже не открывал его и не отпивал малюсенький глоточек этой гадости – честно!», – завершил орк свой короткий отчёт.
Камаэль укоризненно посмотрел на друга, потом, вздохнув, извлёк из кармана точно такой же пузырёчек… На немой вопрос-ухмылку напарника он с достоинством и паузами ответил:
- Ну… я как раз тоже СОВЕРШЕННО СЛУЧАЙНО нашёл точно такой же пузырёчек с такой же фиолетовой и противной на вкус гадостью и … хм… тоже полупустой. И разумеется я тоже ни в коем случае не отпивал даже маленький глоточек! - поспешно добавил он.
Инквизиторы раздумывали всего секунду.
Затем, следуя по гениальному мгновенному просветлению, они попросту перелили фиолетовое зелье в один пузырёчек, хорошенько его потрясли, при этом каждый напевал свои заклинания – и под громкое «Урааааааа!!!» выплеснули вспенившееся содержимое на траву. Сначала ничего не происходило, потом в воздухе появились сиреневые символы, потом туманная дымка и перед довольно потирающими руки друзьями возник… ну как бы это сказать… конь, фиолетовый, в яблоках. Только очень уж худой и с грустными-прегрустными глазами. Конь чуть пошатывался, картинно закатывал глаза и по всей видимости готов был хоть сейчас отбросить копыта.
- Слушай, – шепотом спросил Белый, видимо, боясь навредить призванному скакуну, - а он не помрёт прямо сейчас у нас на глазах? Трагично ведь будет…
Критически осмотрев транспорт, Репка сказал, что сия кляча выдержит, пожалуй, только одну часть его тела, но её орк никому, кроме себя, не доверит. Камаэль, хихикнув, заметил, что если орка посадить на вызванного коня, а затем «просто ради любопытства» поменять их местами, то сторонний наблюдатель и не заметит особой разницы.
Конь всё это время стоял, беспокойно переминаясь с ног на ноги и, глядя на огромного орка, тихонько обречённо ржал.
- Ладно, - сказал Репка, - развоплощать его надо. Пройдёмся пешком, не впервой, да и размяться не грех.

Был вечер, но солнышко светило ярко и даже немного припекало. Вокруг было спокойствие и благодать, временами нарушаемая лишь стрекотанием кузнечиков да редкими встречными путниками. Инквизиторов разморило почти сразу как они покинули Руну. Особенно тяжело жару переносил орк в своих доспехах. Специально для него Белый, применив колдовские чары, создал весёлое небольшое облачко, которое по приказу могло поливать дождём всё, над чем находилось, а также сотворил маленькое солнышко, которое, соответственно, согревало всё над чем висело. Над орком началась весёлая кутерьма. Сперва такая контрастность даже позабавила здоровяка, но постепенно круговерть стала надоедать и Репка не выдержал.
- Так стоп. Привал.
Крылатый с немалым удивлением посмотрел на напарника, затем перевёл взгляд на стены Руны, от которых они отошли метров на триста. Маленькая тучка и солнышко по мановению камаэля отлетели в сторону – и начали согревать и поливать васильки на ближайшей поляне.
- А не рано ли??? – уперев руки в бока, осведомился Белый, разглядывая орка, который развалился в тенёчке придорожного куста.
- Дай-ка мне твой путеводитель, - вместо ответа попросил Репка.
Орк взял карту и даже не перевернул её вверх ногами, как это сделали бы 90% представителей его расы. Он довольно живо разобрался, где они находятся – всего два раза переспросил Белого. Потом ткнул на синюю точку.
- Водопад. Водопад Венеры. Там много воды и нам туда. Времени же ещё вагон – окупнёмся и с новыми силами продолжим путь. Крюк-то небольшой.
Белый было заартачился, но так как стало припекать ещё сильнее, он сдался.
Инквизиторы, оживлённо болтая, прошли мимо звериной фермы. Из-за стены доносились странные звуки, о происхождении которых орк и камаэль предпочитали даже не думать…
Шум водопада они слышали уже давно, но подойдя к воде не могли скрыть охватившего их восторга. Белый радостно завопил и запрыгал на месте, а Репка тут же стащил с себя доспехи и, оставшись в исподнем, полез купаться.
Орк поднял фонтан брызг когда с разбегу влетел в воду. Он тут же объявил эти «священные воды орков» своей законной добычей, а себе присвоил имя дредноут «Непотопляемый». Белый, осторожно пробуя температуру воды у бережка, был застигнут врасплох залпами с «Непотопляемого», но мигом оправился, отряхнулся, нарёк себя фрегат «Мстительный», заявил, что «сии воды всегда принадлежали камаэлям» и начал продолжительную войну с орком за воды водопада.
Спустя час, когда «Мстительный» и «Непотопляемый» потопили друг друга по несколько десятков раз и заключили почётный мир, разделив водопад пополам, инквизиторы вылезли на берег.
Причём орк помог своему другу выбраться – сам Белый никак не мог и поскальзывался на прибрежных камнях.
Пообсохнув, путешественники неспешно направились по вымощенной булыжником дроге к Долине Святых, степенно беседуя о, разумеется, женщинах. Белый при этом утверждал, что в отношениях с ними главное чистота помыслов и полное доверие между влюблёнными, а также надо проводить вместе побольше времени. На что Репка заметил, что при всём своём желании много времени со всеми своими подругами он проводить не может, но его четырнадцать детей от разных орчанок и ныне благополучно здравствуют в самых разных уголках Империи («Хотя, - опасливо оглядываясь, мысленно добавил орк, - до нашего начальника мне ой как далеко…»). Белый пожурил брата-инквизитора за распутный и аморальный нрав на словах, но в мыслях позавидовал.
Так, беседуя, друзья вошли в Долину Святых и зашагали по убегавшей вдаль дороге.
Вопреки опасениям камаэля обитавшие здесь причудливые монстры, которые часами шлялись без дела туда-сюда и нападали на всех встречных-поперечных, вели себя очень мирно. Всё дело было в том, что Белый, вроде как старший по званию, шёл впереди, за ним чуть поодаль топал Репка. Некоторые из особо бесшабашных местных обитателей, завидев улыбающегося однокрылого красавца, радостно гукая и предвкушая лёгкую добычу, мчались к нему с вполне очевидными намереньями. Но тут из-за спины камаэля показывался огрооомный такой орк. Монстры при этом отчего-то резко меняли траекторию движения и начинали внимательно изучать траву под лапами, небо над головой или близлежащий камушек. Такое поведение до времени оставалось для Белого загадкой, который был в приподнятом настроении и даже что-то звонко напевал – ведь ни один из местных обитателей не посмел напасть на него! Вот это и называется – боевая аура война-камаэля!
Без особых происшествий наши отважные путники подошли к выходу из Долины Святых – впереди их ждал Ледяной Лабиринт, таинственный и холодный. Белый бросил прощальный взгляд на пустоши, которые лежали слева, проорал что-то обидное монстрам, пасшимся внизу и решительно направился в небольшой каньон – впереди уже виднелся портал перехода в заснеженные земли лабиринта. Орк, погружённый в своим мысли, бодро вышагивал следом, глядя под ноги и временами поправляя рюкзак.
Смеркалось. Неожиданно Белый остановился. Задумчивый орк, шедший следом, врезался в спину замершего камаэля и тоже замер – оба инквизитора, камаэль удивлённо, а орк – со страхом, глядели прямо перед собой.
Удивительная картина открылась их взору: справа из придорожных кустов, пыхтя, выбрался невесть как здесь оказавшийся небольшой Розовый Слоник, который нёс на спине корзиночку спелых краснобоких яблок. Слоник бережно придерживал ношу хоботом, а в корзине, прямо на яблоках, по-барски развалившись, сидели два хомячка – белый и чёрный.
Слоник перешёл дорогу и начал осторожно подниматься на холм.
Инквизиторы переглянулись.
- Ты видел? – спросили они друг друга. Судорожно сглотнули и синхронно кивнули. Орк начал нашёптывать охранительные заклинания, слышались лишь загадочные обрывки вроде «…что делал слон когда пришёл Наполеон…». И тут Белого осенило.
- Вперёд. Срочно, быстро за ними… - говорил он, забираясь на холм за которым исчез странный слоник.
- Куда!? – запаниковал орк, - мы инквизиторы как-никак, а не охотники на розовых слонов с яблоками. Нет-нет пора завязывать с тавернами, говорил же себе – только последний раз… а тут на тебе… слоны мерещатся…
- Да нет же дубина! – Белый даже чуть разозлился. – Слон-то настоящий. Розовый. Не суть! Важнее другое – хомяки. В пещере Смертоносного, ну когда мы ловили его под Гираном, там в колёсах сидели два точно таких же хомяка… Значит некромаг рядом!
Камаэль быстренько вывалил на траву содержимое своей сумочки, в которой лежали припасённые им символы защиты от тёмного колдовства. Затем друзья быстренько обвешали друг друга амулетами и оберегами, взяли в руки по пучку антимаг-травы и приготовились ко встрече с жутким некромагом...
Борцы со злом поднялись на холм и скатились вниз, ни на минуту не упуская из виду слоника с яблоками, а тот спокойно шёл прямо, точно по ниточке. Через несколько минут такого «преследования» притомившиеся инквизиторы вышли к Древней Лаборатории Алхимиков, разрушенной и давно заброшенной. Слоник скрылся в развалинах.
- С ума сойти, - сетовал орк, - где розовые слоны, там и некромаги… что-то не то делается на свете…
- Не отвлекайся, - камаэль был собран и напряжён, - я чувствую присутствие тёмного колдовства, некромаг совсем близко…
Чуть слышно побрякивая да позванивая защитными амулетами, инквизиторы вошли в древнюю башню. Наступала ночь и на небе появилась луна. Стало заметно холодать. Быть может виной тому было ушедшее солнце, а может причина была в другом - совсем рядом находился семисотлетний некромаг...
Если бы инквизиторы раньше были здесь, то непременно заметили бы, что башня очень сильно изменилась: неизвестно как и откуда на её потрескавшихся стенах внезапно проступили чёрные прямоугольники, размером несколько метров. Белый подошёл к одному из прямоугольников и осторожно дотронулся до гладкой поверхности – она была холодной и покрыта тонким слоем льда. На внутреннем дворе Башни Алхимиков стоял некромаг Смертоносный (для друзей Смерти), который (кто бы мог подумать!) снова разложил атрибуты уничтожения мира в определённом порядке и с нетерпением ожидал последнего компонента – свежих яблок. Когда колдун увидел своих верных помощников – на лице его появилась добрая(!) улыбка. Слоник поставил корзину перед хозяином и, точно кот, потёрся о его ногу; хомячки привычно влезли в свои беговые колёса. Через несколько секунд явились Белый с Репкой.
Поначалу Смерти не узнал недавно встреченных инквизиторов (это из-за обилия дополнительных амулетов и оберегов) и порядком струхнул: он решил, что по его бессмертную душу пришли Элитные Инквизиторы – так устрашающе выглядели охотники. Однако, приглядевшись, Смерти крайне удивился… Пробормотав: «Не ну это ж не в какие ворота не лезет…», - тёмный маг закрыл собой слоника с хомяками и, как полагается нежити, сердечно приветствовал «друзей-инквизиторов».
Белый и Репа едва увернулись от снопа ледяных шипов, которые со звоном разбились о камни башни. Смерти сжал кулаки - и два снежных вихря, медленно, но неумолимо направились к инквизиторам, жутко холодные, они оледеняли всё на своём пути. Друзья запаниковали. А вихри, не долетев каких-то нескольких метров до них вдруг остановились. Вперёд выступил некромаг, который почему-то держал руки за спиной и загадочно улыбался. Смерти вытянул руки вперёд – оказалось, он держал в них два спелых яблока!
- Глупость вы сморозили, друзья, что снова явились, - съязвил тёмный маг, - Ну что, за встречу по яблочку, инквизиторы? – прошипел он и неожиданно бросил одно орку, а другое – камаэлю.
От неожиданности борцы со злом раcтерялись – и чисто рефлекторно каждый поймал своё, обжигающе холодное, яблоко…
Время замерло. Свернулось в спираль. А потом мгновенно развернулось. В глазах орка и камаэля на несколько секунд потемнело. Когда зрение восстановилось, они обнаружили, что валяются в весьма непристойной позе посреди того же внутреннего двора Древней Лаборатории Алхимиков, но только всё вокруг снова изменилось до неузнаваемости. Башня будто бы помолодела на несколько сотен лет. Стены, кладка, каменный пол – всё стало новым, будто только недавно построенным или сотворенным с помощью магии. Вокруг царил полумрак и только, чуть слышно потрескивая, горели факелы, закреплённые на стенах. Белый шёпотом выругался и указал другу на небо. Неба не было. Вместо звёзд и луны высоко-высоко висело плотное тёмно-синее тяжёлое марево. Самое обидное что этот марево-туман как будто гигантским куполом накрывало всю башню. Завывал ветер. Вокруг изредка били синие хищные молнии…
Вокруг друзей стояло плотное кольцо неизвестно как здесь оказавшихся фигур в серых рясах. Одна из фигур выступила вперёд и откинула назад капюшон – перед нашими героями предстал седобородый старик с проницательным взглядом, по-видимому, главный. Старик, шевеля губами, внимательно смотрел то распластанных перед ним орка с камаэлем, то на древний манускрипт, который держал в руке. Наконец старец удовлетворённо промолвил:
- Это они. Как и предсказывал Повелитель.
Все как один, фигуры одновременно опустились на колени, почтенно склонили головы. Репка с Белым хранили осторожное молчание, чтобы случайно не ляпнуть чего-то лишнего. Особенно старался орк. Прошло около минуты относительной тишины, которую нарушали лишь редкие покашливания, смешки, да чуть слышные жалобы «монахов» на холодные камни и ревматизм. Вдруг совсем недалеко завыли волки. Ветер усилился, и молнии стали сверкать сильно чаще. Белый шумно, на весь дворик, сглотнул.
Безмолвие нарушил Репка. Он отечески похлопал чуть оробевшего крылатого друга по плечу и сказал:
- Сдаётся мне, брат-инквизитор, в Шутгарт мы сегодня не попадём.

Чёрная тень неслышно и незаметно следовала за Белым и Репкой на протяжении всего пути. Неведомый лазутчик выполнял приказ Сдвига Светоносного: наблюдать и не вмешиваться ни при каких условиях. Тень не помогла даже во время битвы с некромагом. И когда инквизиторы, поймав яблоки, исчезли, только саркастическая усмешка тронула губы наблюдателя – салаги, попасться на такой старый трюк нежити! Похоже, колдун перенёс парней во времени – вперёд или назад – пока неизвестно. В любом случае остаётся лишь пожелать инквизиторам удачи и ещё раз удачи. Тень сместилась за каменную россыпь и стала едва слышно шептать заклинание возврата в Руну, нужно было доложить о увиденном начальству…

* * * * * * *

У мага кончился горячий шоколад и печенюшки. Снова, точно как в прошлый раз, в конце свитка, были приписаны слова, никак не вязавшиеся с основным текстом: «Дракон просыпается». И чернилами нарисован камаэль. Со странным полубезумным взглядом и почему-то чёрным крылом.
Колдуна очень заинтересовалась эта ситуация с сундуками. Казалось, что на его глазах разворачивается любопытная история – древняя легенда о великой империи прошлого и двух бесшабашных инквизиторах. Что их ждёт дальше, какие приключения – чтобы это узнать нужно просто взять новый свиток.
И, может быть, мир чуточку изменится.
Комментарии (4)
 
На перекрестке судеб
Автор Alinor   
29:01:2012 г.
Благодарности: Спасибо Scuayer'у за такую нужную иногда критику. Спасибо Венгру - несмотря на мои старания писать грамотно, он сумел найти в тексте несколько ошибок.





Пролог

Говорят, что перед смертью у тебя перед глазами проносится вся жизнь. Хотел бы я посмотреть на того, кто сказал это. Жизнь слишком длинна, ее никак не вместить в эти мгновения перед тем, как тебя поглотит тьма. Увидеть можно лишь отдельные моменты, эпизоды из того, что мы когда-то видели или делали. Самые запоминающиеся. Самые светлые или темные, радостные или пугающие. Это зависит от человека, состояния его души в это самый момент...




***




Холод. Холод и темнота. Вот все, что чувствовал он. Если это можно назвать чувствами. Он был человеком. Кажется, воином. Он как будто лежит в невесомости: руки безвольно раскинуты в стороны, синеватые пальцы чуть согнуты. Голова запрокинута назад, глаза закрыты. Светлые волосы растрепаны и свисают вниз. Вокруг лишь пустота. Хруст с трудом приоткрывает глаза. Ничего. Такое ощущение, будто он тонет в каком-то древнем океане, на ужасающей глубине. Там, куда свет не может проникнуть...

С трудом воин повернул голову налево - рука мертвенно бледна, кажется, онемела. Не слушается. В голове, как в пустом бочонке, крутилось пара воспоминаний. Фигура эльфа, он уходит. Хруст чувствовал что-то похожее на грусть. Так бывает, когда кто-то близкий оставляет тебя. Хочется выть от тоски. Вторым и последним воспоминанием была другая фигура. Это девушка. Она стоит спиной. Хруст узнает ее. Она медленно оборачивается, губы ее чуть заметно шевелятся. Хруст читает в них свое имя. Потом была лишь боль и пустота. Вот что воин видел перед смертью.

"Забавно. Не думал, что вон так умру"

Веки наливались чугуном. Еще никогда в жизни Хруст не хотел спать так сильно, как сейчас. В сознании пустота, покой...

Хруст собрался закрыть глаза и погрузиться в манившее столь сильно забытье, как вдруг холодная, казалось, несуществующая уже, рука почувствовала тепло. Что-то коснулось ладони.

Сон начал потихоньку отступать, желание жить просыпалось в сознании.

"Это что? Свет?".

Определенно, где-то впереди что-то ярко светило, заставляя жмуриться. Сфера, состоящая из белой материи, изначально совсем крохотная, расширялась и приближалась. Хруст протянул руку к этому странному явлению и исчез в белом сиянии.




***




Ночь уже давно вступила в свои права. Улицы Адена были пусты. Стих шум в кабаках. Тихо было и внизу - в кланхолле. Не спал лишь один. Эльф сидел на крыше здания, что служило пристанищем его клану. Одно из многих. Практически в каждом городе у Мираклов был свой "закуток", куда можно было прийти, отдохнуть, узнать новости. Но аденский кланхолл нравился Арину больше других. От сюда, с крыши открывался удивительный вид. Особенно этой ночью.

Полнолуние... Огромная, просто гигантская белоснежная планета предстала взору эльфа во всей красе. На луне были синеватые пятнышки. Одни совсем маленькие, другие - огромные. Было у Арина одно любимое пятно, оно казалось эльфу похожим на череп. "Как странно... Если бы после каждого убийства у меня на теле оставалось бы пятнышко, как на этой луне, было ли бы на мне сейчас хоть одно живое место?" - Арин улыбнулся. Он прекрасно знал ответ на свой вопрос. Так же эльф понимал, что отметины после убийств остаются. Но не на лице. В душе. Уродуют ее, разрывают на части. Арин знал это потому, что чувствовал. Во всяком случаи, раньше. Теперь уже ничего...

"Наверное, рваться уже просто нечему" - эльф снова печально улыбнулся.

"Однако, сегодня, убив этого мальчишку..." - Арин задумался, вспоминая свои ощущения. Да, определенно, что-то было. Он чувствовал сожаление, или что-то похожее.

"Выходит, где-то глубоко еще что-то осталось? Интересно, на сколько еще меня хватит?"

Уже много долгих лет прошло с того времени, как Арин ступил на путь убийцы. Горечь потери и неудержимая ярость на все живое не дали эльфу пойти по иному пути. Впрочем, был ли вообще иной путь? Черные эмоции гнева и жажды мщения сменились холодной решимостью и равнодушием. В своем деле Арин достиг невероятных и ужасающих успехов - на своем пути лучник пролил реки крови. В буквальном смысле. Но с годами эльф начинал понемногу чувствовать - там, внутри, накапливалась боль. Боль и усталость. Пустое существование. Лишать жизни и больше ничего. Арин не знал о благах мира. Забыл, что есть любовь, добро. Тоска закрадывалась в душу рейнджера. Арин понимал, что идет неверным путем. Ему было не по душе убивать. Но выхода из багрового круга лучник не видел. Он обречен быть палачом и мучиться до конца своей жизни...

Вдруг внутри, в груди резко кольнуло. Не больно, странное ощущение, вселяет волнение. Руки вспотели, Арин услышал, как там, под чешуей драконика, забилось в учащенном ритме его сердце. Эльф давно не чувствовал волнения.

"Что-то произошло, что-то изменилось. Я чувствую это..." - эльфы, будучи древнейшим народом, не утратили связь с природой, с балансом сил.

"Осада будет не такой простой, как ожидалось.... Что ж, тем лучше. Завтра все решится..."

Арин бросил последний взгляд на столь необъятную, холодную луну. Затем привычным движением соскользнул с крыши.

"Нужно немного выспаться"- эльф не спеша пошел ко входу в кланхолл. Волна беспокойства, столь внезапно подступившая, постепенно отступала.







***




Веки были тяжелые, как мешки с песком. Невероятным усилием воли гладиатор открыл глаза.

Синее, ночное небо, россыпь звезд, частично скрытая бледными, красноватыми облаками. Хруст лежал на земле. Вокруг его тела была окружность, в центре которой и находился воин. Ни одного камешка, ни одной пылинки не было в пределах этого круга. Абсолютно гладкая и чистая земля. А вокруг обычная летняя грязь - камни, палая листва, лежащая в слое пыли.

Хруст поднял обессиленную руку, поднес ее к груди, нащупал дыру в доспехе...

- И долго ты еще собираешься валяться в пыли? - странно знакомый голос раздался от куда-то сбоку, вырывая Хруста из раздумья.

- Намико? Неужели это ты?

- Благодари богов за то, что снова дышишь. Но только после того, как поблагодаришь меня.

- Эээ... Спасибо, - недоуменно выдавил Хруст.

Намико посмотрела на Хруста, слегка склонив голову на бок.

- А ты все такой же.

- Эээ... Какой? - Хруст, и без того до крайности обескураженный, и вовсе растерялся.

- Такой же недалекий и рассеянный балбес, как и раньше, - голос девушки не выражал никаких эмоций.

- Ну что тут скажешь? Я тоже очень, очень рад тебя видеть, Нами, - гладиатор просиял.

Хруст сидел на земле. Он смотрел на луну, освещающую ночной небосвод, на россыпь драгоценных камней - звезд. Воин не мог поверить, что видит все это великолепие, что дышит, что он жив. Ему дан второй шанс. И обязан он этим Намико. Хруст смотрел на нее, улыбаясь. Волшебница стояла к нему вполоборота, устремив взгляд куда-то вдаль. В ее облике было что-то сказочное, необычное. Черные, почти не вьющиеся волосы не доходили до плеч. А ее глаза и вовсе казались Хрусту нереальными. Карие с оттенками зеленого и светло-синего. В них можно было утонуть.

Намико была одета в мантию кристалла тьмы. Но мантия была не простой. Обычно мастера шили эти робы из темно-зеленой ткани. А Намико была облачена в черную материю. Не будучи знатоком магических доспехов, Хруст и вовсе не узнал бы одеяние, если бы не характерные золотые узоры в верхней части мантии. Черный кристалл тьмы удивительно подходил девушке, подчеркивая идеальную фигуру и необычный вкус обладательницы робы.

- Прогуляемся? - голос Намико вырвал Хруста из размышлений.

Девушка развернулась и исчезла в темноте. Хруст встал, не спеша потянулся и направился вслед за Намико. Воин шел, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Колени предательски подгибались, грозясь в любой момент уронить хозяина на мокрую ночную траву.

" Как бы мне не загреметь мордой в колючий кустарник. Не встану ведь" - мысленный монолог Хруста был весьма оптимистичен.

Они шли по ночному лесу быстрым, походным шагом: впереди ровно и легко ступала девушка в черной робе. За ней метрах в пяти плелся, то и дело спотыкаясь, Хруст. Потом Намико неожиданно остановилась. Хруст тоже замер.

- Здесь, - спокойно произнесла она.

- Что здесь? - поинтересовался гладиатор.

- Лагерь. Здесь разобьем. Перекусим, - Намико окинула взглядом тяжело вздымающуюся и опадающую грудь Хруста, дрожь в коленях тоже не ускользнула от ее глаз, про тяжелое дыхание и говорить нечего. - Дадим тебе немного времени отдышаться. Ходить по лесу - это такое изнурительное занятие, даже для прожженного вояки вроде тебя.

Хруст уловил неприкрытую насмешку в голосе волшебницы. Гладиатор выдавил что-то похожее на улыбку и, не дожидаясь дальнейших реплик со стороны Намико, плюхнулся в траву.

-А костер кто разводить будет? Я не архимаг - магией огня не владею.

- Дай хоть отдышаться, сатрап, - улыбнулся воин. - После перенесенного мной не удивляйся, что я чуточку устал.

Намико многозначительно хмыкнула, достала из заплечного мешка какой-то предмет. Затем поднесла его ко рту, сжав обеими руками, что-то прошептала.

- Держи.

Хруст быстрым движением руки поймал брошенный предмет. Разжал пальцы - в ладони лежало яблоко. Обыкновенное красное яблоко. Тут же живот, напоминая о своем существовании, пронзительно заурчал.

- Конечно, не куропатка в соусе с картошкой и зеленью, но сгодится, - откоментировал Хруст и с наслаждением откусил кусок ароматного плода. Тут же по телу пробежала дрожь. Руки налились силой, слабость прошла.

"Что за яблоко такое?" - подумалось воину. Когда с фруктом было покончено, Хруст чувствовал себя просто превосходно. Колени перестали трястись, руки не гудели, живот не урчал.

"Как будто после отменного ужина из трех блюд и десяти часов сна на мягкой пуховой перине" - с удивлением отметил гладиатор.

- Нами, что это за фокусы ты выучила?

- Передохнул? Костер сам себя не разведет.

Гладиатор и сам был рад размять кости. Однако происшествие не шло у него из головы.

"Ведь епископы обучены исцелять раны и снимать проклятия. Есть еще несколько благословений, но это была явно не исцеляющая магия! Как интересно..."

Вскоре лагерь был готов: пара бревен вместо стульев рядом с обложенным валунами костром да чайник, греющийся над пламенем - вот и весь нехитрый обиход. Гладиатор смотрел на ту, которая спасла его от смерти. Намико уютно устроилась на бревнышке напротив Хруста. Она держала в руках кружку с горячим чаем. Лицо ее было вполне добродушным, даже, против обыкновения, веселым. В темных глазах играли огненные искорки. Хруст смотрел на Намико и все больше удивлялся происходящему.

- Нами, скажи мне одну вещь.

- Спрашивай, - девушка устремила взгляд на воина.

- Ты ведь воскресила меня, так?

- Ты невероятно наблюдателен, - улыбнулась волшебница.

- Не всякий епископ владеет подобными заклинаниями...

- Ни один, - перебила Нами.

- Я к этому и веду. Неужели ты...

- Да, - девушка закончила мысль Хруста прежде, чем тот успел ее озвучить. - Я - кардинал.

" Раздери меня гремлины" - ошарашено подумал Хруст - " Кардинал в таком юном возрасте? Возможно ли..."

Видимо мысли Хруста были написаны у него на лице.

- Вполне возможно. Для меня, разумеется. Я посвящена в сан кардинала достаточно давно... Впрочем, это тебе знать не обязательно, - она отвернулась, переключив внимание на пробивающиеся сквозь деревья звезды. Гладиатор удивленно смотрел на спутницу.

" Подумать только! Я догадывался, что она талантлива, но чтобы на столько - и представить не мог".

Так они сидели друг напротив друга. Нами любовалась пологом темного, ночного леса и звездным небосводом, а Хруст смотрел на свою спутницу и слушал треск костра. Гладиатор блаженно сидел на бревнышке и постепенно погружался в свои мысли. Ему вспомнился тот день, когда эта странная девушка впервые появилась в его жизни...







***

Облака. Много облаков. Они были большими, нет, огромными. Словно Аден, Годдарт и Иннадрил, вместе взятые. А может и больше. И уж точно не менее красивыми. Как будто невидимый художник с причудливой фантазией нарисовал их на громадном, тряпочном холсте, затем взял полотно в руки и выпустил облака на свободу. Они летели не спеша, время от времени меняясь и перестраиваясь в каком-то чудном, веселом ритме. По залитым летним солнцем лугам летали тени облаков. Словно гигантские птицы древности, тени с огромной скоростью проносились по зеленой, сочной траве. Трава в эти моменты становилась темной, почти черной. А когда тень пролетала - снова сочно-зеленой.

"По небу они летят совсем медленно, а их тени по земле проносятся как стрела, выпущенная из лука. Забавно..."

Хруст сидел на высившемся из луговой осоки валуне и любовался природным представлением. Он мог бы долго так сидеть и упиваться окружающим буйством всей палитры синих, зеленых и желтых красок, но голод неумолимо шептал на ухо. Все сильней и сильней.

"Пора бы и сожрать чего-нибудь уже. А то так сил и на посиделки не останется скоро".

На дне походной сумки грустно лежали две лепешки, всем свои видом как бы мягко намекая, что скоро придется либо подыхать с голодухи, либо топать в Глудин. А с аденой у Хруста были весьма сложные отношения. Уплетая выпечку, воитель вспоминал все известные ему способы утяжеления кошеля. После завтрака ( или обеда - кто его знает?) он как следует закрепил заплечный мешок, провел несколько раз точильным камнем по любимым лезвиям клинков. Затем Хруст спрыгнул с валуна и направился на север. Там, за холмами, метрах в пятистах находился Заброшенный Лагерь.

Воитель лежал на поросшем кустарником холме. Отсюда было хорошо видна часть лагеря. В местах вроде этого всегда найдется, чем поживиться. Разумеется, если ты достаточно хитер и силен. Местные обитатели, гноллы, имели при себе кое какое оружие. Его всегда можно продать в городе, хоть и по дешевке. Выбирать Хрусту особо не приходилось. Ну а если повезет, можно было наткнуться на тайник, оставленный прежними обитателями старых укреплений. Приключенец некоторое время всматривался, изучая обстановку, затем по плану был спуск с холма к лагерю. Главное - не шуметь и смотреть под ноги, чтобы не наступить сухие листья и ветки, устилавшие пригорок. У самой границы лагеря воитель снова замер. Метрах в двадцати от него стоял вожак гноллов. Огромных размеров монстр был закован в ржавые латы. На морде у гнолла был грозный шипастый шлем, увенчанный небольшой секирой. Вооружена зверюга была нехитро: простенький железный меч да дубовый щит. Но трудность борьбы с такими противниками не в их оружии. Хруст знал о убойной силе предводителей гноллов. Если не расправиться с ним быстро, придется туго. Вдобавок, гноллы имеют дурную привычку звать собратьев на выручку, если дела плохи. Да и если не очень плохи - тоже. Так что медлить тут нельзя. Либо убиваешь сразу, либо адьос Эльмореден и салют кедровый гроб. Стоит так же упомянуть, что Хруст совсем недавно был удостоен звания воителя. Рангом он, стало быть, был не выше двадцать пятого. А вожаки гноллов по меркам монстров этого мира приравнивались к тридцатому, не меньше. Затея рисковая, но риск был оправдан.

Всмотревшись получше, Хруст заметил причину, по которой гнолл никуда не уходил, а ошивался именно тут. Около скалы стоял старый сундук.

"Похоже, мне крупно повезло с утра пораньше. Это же сокровища гноллов! Да и собачья морда тут всего одна! Определенно, стоит пробовать"

Воитель провел последние приготовления: проверил на месте ли любимый нож, легко ли выходят из ножен клинки.

"Удар нанесу в спину. Сразу пробью насквозь - он и пикнуть не успеет".

Хруст приготовил один из мечей, второй остался в ножнах. Так будет точнее. Затем закрыл глаза, настраиваясь на смертельную схватку. Глубокий вдох. И вот воитель сорвался с места, и, на сколько мог бесшумно, побежал. Вот спина врага уже совсем рядом. Однако, "собачья морда" оказалась не так проста. Когда Хруст был в каком-нибудь жалком метре от цели, гнолл резко развернулся и ударил мечом по горизонтали, рассчитывая разрубить новоявленного грабителя пополам. Хруст пригнулся, пропуская меч над собой, и вонзил клинок куда успел - в лапу гнолла. Зверюга яростно взревела и ударила Хруста наотмашь щитом. Приложило, будь здоров - воителя отбросило назад. Клинок так и остался в ноге у коварной твари. Воин, как мог быстро, вскочил, выхватил второй меч и бросился на гнолла. Вожаки сильны, но неповоротливы. Пару раз увернувшись, Хруст смог достать врага - вонзил клинок в грудь монстра по самую рукоятку. Воитель видел, как зрачки умирающего дрожат, дергаются из стороны в сторону в приступе немой истерики. Затем дрожь стихла, тело гнолла обмякло. Секунды промедления обошлись Хрусту слишком дорого. Сзади что-то сильно ударило по спине, отбросив воина вместе с телом вожака на землю. Если бы не добротная кираса, подаренная старым другом, Хруст не пережил бы столь страшный удар. Упав, воин поспешил перекатиться на спину. Искореженная броня сильно мешала двигаться. Рядом с Хрустом стоял второй вожак гноллов, сжимавший в лапах массивную палицу.

"Плохи дела. Второго, в моем теперешнем состоянии, я не осилю".

Хруст чувствовал, как по спине течет кровь. Его кровь. Теплая, липкая жижа.

" Я убежать то не смогу, не то, что драться" - горько усмехнулся воитель.

Истекавшему кровью воину оставалось лишь смотреть, как смерть тяжелыми шагами приближается. Все ближе и ближе.

Все, что Хруст сейчас мог - сбивчиво анализировать происходящее:

"Такой удар мне не отбить. Уклониться я никак не сумею. Что ж, если этот гнолл сейчас не уснет на этом самом месте - я труп" - с горькой улыбкой заключил воитель.

Гнолл тем временем подошел вплотную, так, что до лежащего донеслось смрадное дыхание монстра, занес тяжелую палицу над головой. И вдруг замер. Хруст глазам своим не поверил - гнолл стоял на месте, не шевелясь. Лапы, сжимающие палицу, медленно опустились вниз. Глаза его были закрыты.

"Он что, заснул что ли, в самом деле?" - выдавил пораженный до крайности Хруст.

Затем воин, к величайшему своему удивлению, заметил мутно- белый диск над головой гнолла. Он и правда спал.

"Усыпляющее заклинание! Но кто мог..."

- Эй, доходяга! Чего разлегся? Тут не лучшее место для отдыха.

Хруст судорожно повернул голову на голос. В нескольких метрах от него стояла девушка. Воитель заметил серо- белую робу, увидел магический посох в руке незнакомки. Однако, взгляд свой Хруст задержал не на одеянии и не на оружии. Приключенец смотрел в ее глаза. Таких глаз Хруст еще не видел ни разу в жизни. Карие, с оттенками голубого и зеленого...

Необыкновенное сочетание. Короткие, темные, практически не вьющиеся волосы не доходят до плеч. Красивые, тонкие черты лица...

Девушка тем временем плавно подняла руку с посохом и прошептала заклинание. Хруста тут же объял столб света. Воитель ощутил, как затягивается рана на спине. Спустя мгновение боль прошла. Воин с трудом вылез из искореженного доспеха.

"Вот и настал час сменить кирасу. А я все думал, как понять, когда время придет. Забавно ..." - ухмыльнулся Хруст.

Встав и отряхнувшись от пыли, воитель обернулся к гноллу. Тот безмятежно дремал и понятия не имел о своей незавидной участи. Спустя мгновение все было кончено - песок окрасился красным, в траву покатился шлем, увенчанный секирой. Обезглавленное тело безвольно осело на землю. Хруст вытер клинок о траву, затем обернулся к девушке.

- Спасибо. Если бы не ты, я...

- Валялся на поляне, разорванный на части. Знаю, - перебила его волшебница.

- Ну... Вообщем да, - с улыбкой выдавил Хруст. - Могу я тебя как-нибудь отблагодарить за спасение моей шкуры?

- Половины хватит.

- Половины чего? - Хруст, уже попрощавшийся с жизнью, еще не мог прийти в себя после произошедшего.

- Половины сокровищ из старого сундука, - зевнула девушка. - Надо прикупить посох, да кое какие ингредиенты.

" А шкура то моя весьма дорога, как я погляжу" - ухмыльнулся воин. - По рукам. Но в таком случаи ты расскажешь мне об этом мире. Я тут совсем недавно, информация лишней не будет.

- Посмотрим. А сейчас бери сундук и рвем когти, пока местные не хватились пропажи.

Хруст был полностью согласен и новоявленной спутницей и не замедлил воплотить озвученный план в реальность.

Бежалось легко. Толи от осознания того, что финансовые проблемы на ближайшее время решены, толи от заклинаний волшебницы, которые она не поленилась наложить на Хруста.

" Легкая походка, кажется. Надо запомнить, штука полезная" - отметил воитель.

отбежав для верности метров триста, перешли на походный шаг.

- Пойдем на север. К Глудину. Заночуем в лесу, обедать будем уже в таверне городка, - говорила девушка.

- Как тебя зовут? - поинтересовался Хруст.

- Тебе зачем? - голос ее был ровным, не дружелюбным, но и не враждебным.

- Хочу знать имя моей спасительницы, которая затем ограбила меня, не обнажая меча, - воин расплылся в широкой улыбке.

-Намико, - не оборачиваясь, сказала она.

- Какое необычное имя, - протянул Хруст, перелезая через упавшее на дороге бревно.

- До привала еще километров тридцать. Ты бы меньше шевелил языком, и больше - ногами, - Намико говорила не громко, но и не тихо. Голос ее был слегка холодным, безынтересным, отстраненным. Но Хруст с первого мгновения уловил его красоту. Еще тогда, лежа в пыли и собственной крови. Удивительно мелодичный, ровный голос...

"Как интересно..." - отметил воитель.

- А меня Хрустом зовут, - выдал он наконец .

- А еще мое имя необычным называл, - улыбнулась волшебница.

- Имя это не с потолка взята, скажу я тебе...

- Не интересует, - отрезала Намико.

Дальнейшую часть пути они прошли молча. Впереди легко шагала целительница, позади семенил с сундуком наперевес Хруст.

Летом темнеет быстро. Солнце утонуло в кронах деревьев, окрасив небо на прощанье в свой любимый, вишневый цвет. Облака расползлись и взору путников предстали звезды. Хруст сидел у наспех разведенного костра, вдыхал свежий ночной воздух. В животе приятно теплился нехитрый ужин. Воитель сидел и слушал рассказ Намико. Она говорила о древних городах, о кишащих злобными монстрами лесах и долинах, о неприступных замках и логовах великих драконов. Рассказ ее очень нравился юному воителю. Она говорила как-то иначе. Совсем не похоже на заунывную проповедь старого священника в церкви. Слушая ее, Хруст сразу же представлял то, о чем идет речь. Ему казалось, что так можно сидеть вечно- на старом сундуке, обогреваемый рыжим пламенем костра и слушать удивительные речи новой спутницы.

- Эх, видел бы меня сейчас Вирид, - протянул Хруст, потягиваясь.

- Похоже, это твой друг? - поинтересовалась девушка.

- Да, друг. Первый и единственный. Мой друг и учитель. Ему я многим обязан. - Хруст некоторое время молчал, раздумывая о чем-то. - Знаешь, Намико, отправляясь в путешествие из гавани Говорящего Острова, я не мог представить, что буду вот так сидеть с совершенно незнакомым, казалось бы, человеком так, словно мы знакомы уже тысячу лет. Раньше так было только с Виридом...

- Расскажи о нем.

- Я никогда никому не говорил ничего о моем прошлом... Но тебе, так и быть, расскажу, - Хруст подкинул пару поленьев в пламя, устроился поудобнее на старом сундуке, и начал рассказ.

Он не утаил ничего. Рассказал о своем полубродяжьем детстве, об унижениях и скитаниях. Поведал о встрече с Виридом и последующем многолетнем обучении. Упомянул даже о своем старом имени.

Намико не на секунду не сводила глаз с говорящего. Когда воитель окончил повесть, он увидел, как в глазах девушки промелькнул странный блеск. Так блестят глаза того, кто понимает тебя, по-настоящему...

- Занятная у тебя история, - промолвила волшебница после нескольких мгновений молчания. - Хруст - это прозвище.

- Так и есть, - подтвердил воин. - А ты, помнится, не хотела слушать мою историю. Что же изменилось теперь?

Намико не стала отвечать. Она смотрела в темноту, размышляя о чем-то своем. Хруст пожал плечами и не стал расспрашивать. Он понял, что Намико не отвечает на вопросы и не говорит, если только сама не захочет.

"Мог ли я подумать, что в путешествии своем я столько обрету? А путешествие ведь только начинается... Впереди еще много километров пути. Кто знает, сколько часов пути до Глудина...

Одно знаю точно - будет весело..."

Хруст поднялся, прошел к краю поляны. Туда, где была видна залитая луной чреда горных пиков.

- Намико, устраивайся на ночлег. Сегодня я буду в карауле!




***




- Совсем как тогда, - веселый голос гладиатора нарушил тишину леса.

Намико перевела взгляд на него, вопросительно подняв брови. - В тот день, когда мы встретились впервые. Тогда мы с тобой точно так же коротали ночь в лесу. Такой же огонь, такое же небо.

- Вот только тогда у тебя дыры в груди не было, - заметила волшебница.

Хруст опустил глаза. Темные мысли поползли в голову, заполняя душу болью.

- Знаешь, Хруст, мы привыкли считать себя хорошими людьми, благодетелями, чуть ли не святыми. А вот тех, кто крадет, убивает - считаем отродьем, ничтожеством. Конечно, большинство из них именно таково. Но не все люди одинаковы. Что, если у парня не было выбора? Он мог либо украсть либо умереть с голоду. А после дороги назад уже не будет. Может, он и не хотел зла, но ему пришлось красть или убивать, чтобы выжить. А что бы сделал любой отдельно взятый паладин, если, пока он был ребенком, всю его семью вырезали бы? Я думаю, он бы заполнил себя ненавистью и мечтал о мести. Знаешь, какая ему дорога? А ведь он был хорошим малым. А что сделает каждый из нас, если потеряет того, кого больше всего любит? Если у него отнимут любимого человека? Опять же, месть. Если задуматься, то нас от преступников отделяет только случай. Практически каждый из нас может втоптать в землю добро, если его загнать в угол. Как думаешь, скажем тот, кто сделал тебе сегодня вентиляцию в доспехе - он тоже ничтожный наемный убийца без чести? А что, если у него тоже не было выбора? По-моему, над этим стоит подумать, ведь иногда и их можно понять и попробовать вернуть назад.

Гладиатор нащупал на груди дыру в кирасе.

"Что же с тобой случилось, Арин?"

- Ты понимаешь, о чем я говорю тебе? - Намико закончила монолог и с ожиданием смотрела на Хруста.

-Пару интересных вещей я услышал, спасибо.

Намико подняла глаза к небу и стала всматриваться в звезды.

"Значит, понять убийцу, отличить алчное от вынужденного? А еще предотвратить захват Адена, уничтожение клана... График, прямо скажем, многообещающий. Повеселимся от души" -улыбнулся воин.

- Сегодня утром начнется осада Адена. Без гарнизона, что навсегда остался лежать в лесу, защитников слишком мало. Они обречены.

- Мы не допустим захвата замка, - спокойно ответила Намико.

- Достаточно ли будет нас двоих? Там целый клан. А наших слишком мало теперь...

- Основная масса Мираклов - сошки. Если удержать ворота, если не допустить прорыва внутрь - тут количество врагов не имеет значения. Хватит нескольких умелых воинов, чтобы остановитьнападающих. Главное - Лишить их командующего, да и про лучника забывать не стоит.

Хруст понимал, о чем говорит волшебница. Нужно убить Грависа, убить Арина...

- Но даже если убьем этих двоих, мы с тобой не сможем остановить весь клан!

- А кто сказал, что мы будем вдвоем? - улыбнулась девушка. - По-твоему, зачем мы сидим тут, на поляне, ночью, в каких-нибудь трех часах ходьбы от замка?

- Задушевно беседуем на извечные темы? - не удержался Хруст.

- Безнадежен, - холодно заключила Намико. - Мы ждем. Ждем тех, кто поможет нам осуществить задуманное. Они должны прибыть сюда с минуты на минуту.

- Ждем? Соратников, стало быть? И кто же явится? Дай угадаю, ты позвала своих подружек по школе магии? Или сюда придет стадо гноллов-налетчиков, персонально под наше командование? - раздраженно выпалил гладиатор.

- А как на счет старых друзей? - донеслось вдруг из темноты.

Хруст тут же вскочил и принялся всматриваться в темень. Голос показался ему странно знакомым. Намико же нисколько не удивившись, промолвила:

- Долго же вы шли, ребятки. У этого нытика уже истерика началась.

- Торопились, как могли, - последовал шутливый ответ.

Затем из темноты в свет пламени вышли три фигуры. Все они были закутаны в темные походные плащи с глубокими капюшонами, скрывающими лица. Один из вновь прибывших был чрезвычайно широк в плечах и очень низок - по пояс Хрусту. Второй пришелец был высок и сложен слегка суховато. Похоже, маг. Третий же был не менее высоким, чем его второй спутник, но, в отличии от последнего, этот был широк в плечах, массивен, словом, сложен по-воински.

Хруст стоял и разглядывал столь странную компанию, явно не собираясь первым вступать в диалог. Тот из незнакомцев, что стоял посередине, вышел вперед, ближе к гладиатору.

- Разве так подобает встречать друга и наставника? - с этими словами незнакомец откинул капюшон. Взору оторопевшего Хруста предстали солнечно-рыжие, курчавые волосы. Зеленые глаза его дружелюбно блестели.

- Вирид? Растопчи меня Валакас!

- Наконец-то узнал! Долго же ты соображаешь, головорез!

Друзья расхохотались и крепко обнялись. Спутники Вирида тоже сняли плащи. Один оказался гномом, другой - светлым эльфом.

- А теперь, Хруст, - раздался из-за спины воина голос волшебницы, - познакомься с новыми соратниками. Гном, что стоит пред тобой - Мидвард. Отважный воин, ветеран многих сражений, вдобавок, кузнец, каких поискать. А эльф - Эйнар, мудрый маг и великий певец заклинаний.

Поприветствовав друг друга, компания расселась вокруг костра. Темой беседы выбрали план действий на предстоящем мероприятии. После недолгих раздумий решено было придерживаться плана Намико. А состоял он в следующем: Вирид, опытный копейщик, будет защищать ворота замка. Там он будет чувствовать себя, как рыба в воде. Драться с несколькими противниками сразу - его любимая забава. Мидвард -крепкий гном и надежный соратник будет помогать Вириду оборонять ворота. Безбашенный копейщик и ветеран-гном отлично будут дополнять друг друга на поле брани. Эйнар - спокойный и расчетливый маг, владеющий множеством заклинаний стихии воды и обладающий просто сумасшедшей скоростью чтения заклинаний. Он, как

никто другой, сможет прикрывать кузнеца и копейщика и следить за тем, чтобы они не потеряли голову. Вдобавок, Эйнар, как и все певцы заклинаний, владеет массовыми заклинаниями, то есть может атаковать нескольких противников сразу. Лучшей комбинации бойцов найти просто невозможно. Эта троица и самого Баюма остановила бы у ворот Адена, появись он там. Что же до Намико и Хруста - им предстояло самое интересное. А именно встреча с руководством замечательного коллектива Мираклов. После того, как роли были распределены, соратники принялись за ужин.

- Вирид, скажи мне одну вещь, - в полголоса, чтобы не слышали остальные, начал Хруст.

- М? Что ты хочешь знать, дружище?

- Хоть убей, не могу я понять кое- чего. Как ты и твои друзья попали сюда? Как вы нашли нас и как узнали, что нам нужна помощь?

- Убивать тебя не зачем, сейчас растолкую, - улыбнулся веселый копейщик. - Этих двоих я не знал до того, как встретился с ними в указанном месте, так что называть их моими друзьями было бы неправильно. Хотя ребята они, похоже, неплохие, подружимся еще. Так вот, мы встретились в Орене, в одном из местных трактиров. Мы знали имена и приметы друг друга и без труда скооперировались. Пункт назначения был известен - и вот мы тут, - просиял Вирид.

" А он совсем не изменился, такой же веселый разгильдяй, как и раньше" - подумал Хруст.

- Но как вы узнали имена и приметы друг друга, и, тем более, куда идти? Как будто все кроме меня знали, где и когда меня убьют...

- Притормози-ка, дружище. Что ты сейчас сказал? Как убили? - подскочил с места Вирид.

- Вот так. Мой старый друг оказался лазутчиком вражеского клана. Он завел наш отряд в западню, и подстрелил меня.

- А, должно быть ты говоришь о той дыре у тебя на кирасе? - Вирид указал взглядом на потрепанную броню Хруста. - Но постой. После такого ранения не выжить. - Вирид опустил глаза и размышлял пару мгновений. - Убили, говоришь? Но если ты тут, это можно объяснить только...

Намико воскресила тебя?

- Быстро соображаешь, - иронично улыбнулся Хруст.

- В толк не возьму, как она узнала где и когда тебя убьют? Ведь ритуал воскрешения можно провести в течении ограниченного периода времени с момента смерти.

- Ты не ответил мне, Вирид. От куда ты узнал, куда идти и с кем встретиться?

- Намико сказала, - пробубнил Вирид. - Она пришла ко мне, сказала, что ты в беде, что только я могу помочь. Сказала куда идти, кого встретить и где вас искать. Я не стал бы ей верить, но.. - Вирид был сам на себя не похож. Хруст никогда не видел его таким растерянным. - Она сказала, что давно знает тебя, что ты говорил ей обо мне, что ей можно верить и что медлить нельзя... О том, как она нашла меня, я даже не догадываюсь...

- Кода это было? Когда она пришла к тебе, Вирид?

- Три дня тому назад... - Вирид был глубоко поражен тем, что узнал.

Хруст был удивлен не меньше друга. Намико нашла Вирида и рассказала ему о надвигающейся опасности за три дня до предательства Арина. Мало того, она собрала отряд и спланировала осаду. Как она узнала? Каким образом узнала о месте смерти Хруста и о дне штурма?

- Одно могу сказать точно, Вирид, - проговорил гладиатор. - Она - не враг. Она помогала мне в прошлом, жизнь спасла. И сейчас воскресила. И клан наш хочет спасти.

- Я и не думал об этом, - возразил копейщик. - Но, черт возьми, как?

Вирид какое-то время лихорадочно размышлял.

- В конце концов, это ее дело. Как она узнала обо всем, нас не касается. Главное - Намико на нашей стороне - это чертовски радует. - Вирид наконец пришел в себя и снова повеселел.

- Ты прав. Примемся же за столь ждущий нас ужин, - Хруст не замедлил воплотить свою угрозу в реальность.

Вирид не стал дожидаться повторного приглашения и присоединился к компании.

Атмосфера была добродушной, почти домашней. Вирид рассказывал о своих недавних приключениях. Непонятно было, сколько в них вымысла и сколько шутки. Главное, что было тепло и весело. Вирид шутил - воины и маги от души смеялись. Седовласый гном хохотал сквозь пышные усы, перекрывая время от времени своим басом всех остальных и даже говорившего. Только Намико сидела в стороне ото всех и не обращала внимания на рассказы копейщика.

Мидвард, будучи кузнецом, взялся подлатать доспех Хруста. Надо сказать, получилось на славу. Пробоина исчезла, как будто ее и не было вовсе. Недаром Намико его хвалила.

Обсудив детали предстоящего мероприятия и от души посмеявшись над последним рассказом Вирида, компания устроилась на ночлег. Необходимо было хорошо выспаться. Завтра будет тяжелый день.




Воздух был плотным и тягучим, как смола. В нем витало беспокойство, воздух был пропитан страхом. Разобрать, что происходит вокруг, было практически невозможно. Хруст чувствовал, как покрывается испариной. Он ощущал непонятную тревогу, хотелось бросить все и убежать из этого адского места. Как будто могильный голос шептал на ухо: "Беги, спасай свою жалкую жизнь". Хруст с трудом противостоял страху и шел вперед. Там, впереди, сквозь черные облака стали видны башни замка. Золото куполов отдавало могильным сиянием. Темно-красное небо то и дело разрезали яркие, кривые клинки молний. Хруст пробирался в потемках, из последних сил подавляя желание развернуться и убраться подальше от мертвого, казалось, замка. И тут гладиатор увидел ее. На самой грани видимости он различил силуэт девушки.

"Это Намико", - подумал Хруст и бросился к ней. Она никак не реагировала на крики Хруста. Воин подбежал к ней, одернул за плечо...

В этом момент небо раздалось еще одной ослепительной вспышкой. Волшебница медленно повернулась... Хруст побледнел от ужаса - изо рта Намико текла кровь. Ярко-алая жидкость стекала по подбородку, пачкая одержу. На животе целительницы под распоротой мантией была видна страшная рана, из которой стекала на землю темная жижа. Намико обессилено упала, но воин успел подхватить ее. Девушка умирала у Хруста на руках, он ничего не мог сделать. Хруст лишь смотрел широко раскрытыми от немого ужаса глазами на ту, которую не смог спасти и чувствовал, как руки его мокнут, пропитываются кровью девушки...




Хруст открыл глаза и рывком поднялся, уперевшись руками в траву. Дикий страх терзал его и Хруст слышал, как судорожно бьется сердце, готовое разорваться от напряжения...

Осознание того, что это был ночной кошмар, не придавало должного облегчения. Слишком реалистично все было, пугающе правдивым казалось...

-Что, плохо спалось? - Вирид сидел у костра, жаря что-то, и сонно зевал.

Хруст не ответил, лишь тяжело дышал.

- Держи-ка вот, подкрепись, - Вирид бросил другу овсяную лепешку.

- Я не голоден, - тихо отозвался Хруст.

- Поешь, поешь. Силы тебе еще понадобятся, - улыбнулся копейщик и прильнул к своей фляге.

Хруст огляделся и понял, что проснулся последним. Вирид сидел у костра, эльф что-то рассказывал гному, неспешно курящему старую трубку и пускающему ввысь клубы ароматного дыма. А Намико стояла на краю поляны, всматривалась вдаль. Туда, где им предстояла возможно, опасная переделка в их жизни. Хруст откинул остатки сна и присоединился к другу у костра.

Небо было еще темным, но утреннее солнце уже подернула ночную вуаль робким, желтым маревом. Вскоре сборы были окончены и приключенцы отправились в путь. У опушки они разделились. Эйнар, Вирид и Мидвард по плану обходят переднюю часть замка с левой стороны и защищают ворота Адена при нападении. А Хруст и Намико отправлялись искать "логово змеи".

- Если будешь падать - держись за землю, - с улыбкой проговорил Вирид. - Ну а если будешь помирать - кричи что есть сил. Может, я услышу и снизойду до спасения твоей жизни, - добавил он с довольной миной.

- И тебе не облажаться, Вирид, - ответил гладиатор.

Вирид вдруг посерьезнел, положил руку на плечо Хруста и тихо сказал:

- Удачи.

- Сделаем этот день последним для врагов, - ухмыльнулся Хруст.

Вирид кивнул и направился вслед удаляющимся напарникам.

Хруст и Намико направились на север. В голове все еще витали страхи ночного кошмара, сомнения терзали душу воина. Настраиваясь на грядущее сражение, Хруст выкинул из головы назойливые воспоминания и посмотрел на небо. Оно было нежно-голубого цвета, плавно переходящего в синий с высотой.

- Красивое начало тяжелого дня, - произнес воин.

- А дальше будет еще красивее, - многозначительно пообещала Намико.

Шпили величайшего из замков Эльморедена, высящиеся над кромкой леса, неумолимо приближались.




***

Утро выдалось на славу. Ясная, солнечная погода была в самый раз для штурма. И, несмотря на то, что доспех драконика заметен для защитников замка, как костер в полночь, это им не поможет. Арин стоял в стороне от ворот Адена, у лагеря и наблюдал за только что начавшейся битвой. Варриоры, как и ожидалось, с треском проигрывали. Мираклы уже сломали ворота и теперь оттесняли защитников вглубь замка. Арин время от времени вскидывал лук и отправлял стрелу в роковой полет. Лучники, так не расторопно высовывающиеся из-за зубчатых крепостных стен, умирали мгновенно. Невдалеке от рейнджера стоял Гравис. Он был облачен в легкий, черных доспех таллума. Ледяные его глаза были устремлены на поле боя. Темный эльф с удовольствием наблюдал за происходящим и не спешил лично вступать в сражение. Вот когда Варриоры будут оттеснены в тронный зал, когда они окажутся на последнем рубеже обороны и поймут, что загнаны в угол и бежать некуда... Гравис провел пальцами по лезвию висящего на поясе кинжала, предвкушая сладкие мгновения эйфории, получаемой от убийства, от вида крови жертвы. Лезвие белоснежного кинжала хищно переливалось на солнце, желая попробовать крови.

"Уже скоро" - Гравис нехорошо ухмыльнулся.

В этот момент темный эльф увидел то, чего никак не ожидал. Из-за замка, с левой его стороны, по направлению к воротам прорывались сквозь ряды Мираклов трое сумасшедших. Гравис всмотрелся - впереди был человек, ловко орудующий огромной алебардой. Он, как щенков, раскидывал противников, расчищая дорогу своим товарищам. Рядом с ним бился с Мираклами гном с тяжелым боевым молотом. Или с топором - издали не разобрать. Все это происходило на фоне многочисленных фонтанов и нескончаемых потоков воды, создаваемых третьим участником этой безумной группы. Гравис несколько мгновений пытался припомнить, кто бы это мог быть, но безрезультатно. Троица тем временем добралась до ворот и принялась отбиваться от подступающих Мираклов. Арин смотрел на происходящее безынтересными глазами.

"Это явно не то, чего я жду". Рука уже потянулась за стрелой, как вдруг Арин услышал шелест в кустах за спиной. Острый слух эльфа уловил шум на грани слышимости.

"Должно быть, кто-то пробирается через чащу... Прямо к нам..." - Арин довольно ухмыльнулся, затем, поймав взгляд темного эльфа, кивнул в сторону зарослей, давая понять, что будут гости. После этого рейнджер неуловимо быстрым движением вытащил из колчана белую, как снег, стрелу, вскинул лук, и, плавно развернувшись в сторону леса, спустил тетиву.


***

Когда до замка оставалось около километра, Хруст и Намико поменяли построение. Теперь гладиатор шел впереди, вслушиваясь в шумы леса, а волшебница шла позади. Вот уже стали слышны звуки битвы. И тут воин имел неосторожность наступить на сухую ветку, которая не замедлила переломиться с предательским треском. Тихо выругавшись, Хруст пошел дальше. Пройдя еще с десяток шагов, Хруст услышал знакомый звук. Как будто что-то тихо зазвенело далеко впереди. Молниеносно быстро гладиатор схватил меч, что висел слева на поясе, и одним резким движением вынул его по дуге на уровне своей груди. Рефлексы не подвели Хруста и на этот раз - в траву упали обломки разрубленной стрелы.

- Умничка, - весело констатировала Намико, поравнявшись с воином. - А теперь пойдем, ответим на приветствие.

Хруст ухмыльнулся, и, вынимая второй клинок, шагнул вперед.

Арин с любопытством смотрел, как четверо стражников, охранявших лагерь, бросаются в лес. Затем эльф слышал звон клинков и глухие звуки падающих тел. Из леса вышли двое - воин и маг. Лицо Арина перестало быть холодно-безразличным.... Предчувствия не подвели его и теперь.

Разделавшись со стражей, Хруст убрал мечи в ножны. В случаи чего их всегда можно быстро извлечь. И тут гладиатор увидел эльфа. Арин стоял метрах в двадцати от кромки леса. Он был одет в сверкающий на солнце алый драконик, в руках сжимал огромный, шипастый кроваво-красный лук. Хруст задержал взгляд на лице бывшего друга. Такого выражения гладиатор еще не видел. Если бы это выражение лица можно было описать словами, Хруст назвал бы это чем-то вроде печальной улыбки. Грусть и радость одновременно...

Рядом с Арином стоял Гравис. Наверно, даже если бы они стояли в темноте, Гравис выделялся бы из нее неким темным пятном. Черный, легкий доспех резко контрастировал с синими, полными холода и ярости глазами темного эльфа и его кинжалом.

- Давно не виделись, - ухмыльнулся Гравис. - Последнее, чего я ожидал, так это увидеть тебя среди живых. Как там, в аду, не поделишься впечатлениями?

- Скоро сам узнаешь, мне не за чем тратить слова, - скривился Хруст. - Арин, а ты чего молчишь? Твой глупый, но верный друг пришел еще разок повидаться с тобой.

- Значит, тебе выпал еще один шанс прожить жизнь. И ты решил оборвать ее нить здесь? Как глупо...

- Ни я, ни мои друзья умирать не собираемся, - улыбнулся Хруст. - Мы зададим вашим оборванцам хорошую трепку и знатно отпразднуем это.

Гравис злобно оскалился.

- Неужели ты действительно считаешь, что уйдешь от сюда живым? - прошипел он. - Думаешь, что сможешь спасти свой жалкий клан? А может, ты так уверен в себе, потому что веришь в справедливость? Забудь об этом. Жестокость и боль переполняют этот мир, и сейчас ты в этом убедишься...

Хруст посмотрел на волшебницу.

- Начнем! - сказала девушка.

Дальше все произошло мгновенно. Арин вскинул лук, а Гравис прошептал что-то и тут же исчез в яркой вспышке. Но Намико действовала быстрее. Она прочитала заклинание, взмахнула магическим жезлом, и Арина покрыла красное сияние.

"Теперь он не сможет убежать от меня" - понял Хруст.

Сразу после этого волшебница подняла левую руку, вытягивая ее как можно дальше назад. В этот момент появился Гравис. Магия перенесла его за спину девушки и он явно намеревался одним ударом покончить с ней. Но странник бездны появился как раз напротив вытянутой руки Намико. Та выкрикнула несколько слов и Гравис безвольно замер. Над его головой появился мутно-белый диск.

"Сон. Похоже, Нами просто обожает эту магию" - отметил Хруст.

Затем Намико скрестила руки на груди и зашептала очередное заклинание. Тут же она начала покрываться каменной коркой, одновременно снизу и сверху. Зазвенела тетива и стрела, выпущенная светлым эльфом, понеслась к волшебнице. Хруст не мог больше медлить, он выхватил мечи и бросился к Арину. Но характерного звонкого удара стрелы о камень гладиатор не услышал. "Неужели, эльф промахнулся?". Хруст хотел обернуться, но не успел - страшная боль пронзила левое плечо. Арин был неуловимо быстр. Теперь он уже не спешил выпускать очередную стрелу, смотрел на гладиатора, словно оценивая его. Такое ранение укладывало любого воина. Умереть - не умереть, а сражаться он уже не сможет. Но, к величайшему удивлению эльфа, Хруст не спешил падать. Он воткнул один из мечей в землю, резким движением переломил стрелу, затем подобрал клинок и бросился к Арину. В этот момент в глазах эльфа появился странный блеск. Он вскинул лук и начал выпускать стрелы одну за одной. Хруст, превозмогая страшную боль в плече, приближался все ближе. Одни стрелы он перерубал прям она лету, от других закрывался скрещенными лезвиями верных мечей. Странно, Хруст готов был поклясться, что первый выстрел был намного сильнее. Он даже не заметил ту стрелу. Тем временем Хруст подбирался все ближе и ближе. Вот эльф совсем рядом. Либо гладиатору показалось, либо он увидел улыбку на лице Арина. Хруст, сблизившись с эльфом, одним движением вскинул правую руку с мечем из нижнего положения вверх, по диагонали, нанося сокрушительный удар. Раздался сухой треск, затем глухо разорвалась броня драконика и Арин с разрубленным надвое луком упал в траву. Хруст бросил мечи на землю и склонился над бывшим соратником. Страшная рана от бедра до правого плеча была темной от крови.

- Прости, - Хруст едва сдерживал подступающие слезы.

- Нет, - тихо отозвался Арин. - Все хорошо, - он закашлялся, сглотнул кровь, подступающую ко рту. - Я рад, что ты выдержал. Теперь, когда тебе есть, кого защищать, ты проживешь светлую жизнь. Так, как я не смог, - Арин улыбался. Несмотря на рану, несмотря на боль. Хруст никогда раньше не видел такой улыбки. Словно эльф только что сбросил страшную ношу с плеч. - Проживи достойно... Обещай....

- Обещаю, - ответил гладиатор.

- Хорошо... Прости, Хруст. И прощай....

- Прощай, Арин... - Хруст стиснул зубы. Слезы просачивались через веки и стекали по щекам.

Арин поднял взор к небу. Лазурно-голубое, чистое, необычно яркое и насыщенное. Небо словно улыбалось ему, манило в свои объятия. Эльф в последний раз улыбнулся и закрыл глаза.

"Эллайн, скоро увидимся, я уже иду".

Арин уронил голову набок и больше не шевелился.

Хруст закрыл глаза, удерживая порыв закричать во всю глотку. Но нужно было собраться, еще не все закончено. Хруст поднялся, подобрал мечи. Оставался еще один противник.

Гравис проснулся. Действие заклинания закончилось. Странник бездны огляделся, оценивая обстановку и тут же наткнулся взглядом на статую в шаге от себя.

"Успела усыпить меня. Быстрая, зараза"

- Ее оставлю на десерт. Сперва займусь тобой , - Гравис сладко потянулся и неспешно направился к Хрусту. - Ты несколько превзошел мои ожидания, - протянул Гравис, взглянув на тело рейнджера. - Но участь твоя неизбежна, - он сощурился. - И незавидна.

- Могу сказать тебе тоже самое, - прохрипел гладиатор. Тупая боль в плече притупляла разум, отвлекала, мешая сосредоточиться.

- Что ж, проверим, насколько тебя хватит, - зло улыбнулся Гравис.

Затем темный сделал какое-то движение рукой, по-видимому, это был какой-то магический трюк, потому что Хруст на мгновение потерялся в пространстве, упустив противника из виду. Как будто глаза окутала серая пелена. Через секунду она отступила, но кинжальщика там уже не было. Хруст отреагировал мгновенно, как можно быстрее бросившись влево. Тут же раздался треск распарываемой брони и гладиатор почувствовал, как лезвие кинжала скользнула по боку.

"Промедли я секунду, и он насадил бы меня на нож" - пронеслось в голове у Хруста. Он в очередной раз удивился тому, сколько чудовищной, нечеловеческой силы в этом с виду нескладном, хрупком теле эльфа. Затем гладиатор нанес удар мечем по горизонтали, желая увеличить дистанцию. Гравис отпрыгнул в сторону, уходя от клинка. И все-таки, мимолетное, казалось, прикосновение кинжала дорого обошлось гладиатору. Кровь сочилась из раны, стекая по доспехам. Плечо тоже кровоточило.

"Затягивать нельзя. Я ослабну от потери крови"

- Неплохо для человека. Но этого слишком мало, чтобы уцелеть в бою со мной, - Гравис описывал круг, обходя Хруста.

"Время тянет. Ждет, пока ослабну" - понял гладиатор.

- Вполне хватит, чтобы прикончить полудохлого эльфа, - выпалил Хруст и бросился на врага.

Но левая рука не слушалась хозяина, да и потеря крови сказывалась. Гравис легко уворачивался от ударов, явно наслаждаясь происходящим.

- Забавно смотреть на твои жалкие потуги, - проговорил темный эльф. - Этот бой послужил мне хорошей разминкой, - он облизнул губу. - Впрочем, мне уже пора идти. Я хочу еще повеселиться с остатками твоего ничтожного клана, - Гравис увернувшись от очередного выпада, мощно ударил Хруста рукоятью кинжала в солнечное сплетение. Гладиатор согнулся от боли, задыхаясь, выронил мечи. - Ну а ты мне уже наскучил, - эльф схватил Хруста левой рукой за грудки, поднес к себе. - Пора умирать, - поднес белоснежное лезвие к горлу человека.

Хруст растерял остатки сил. Он не мог вырваться, не мог ничего сделать. Сейчас он умрет...

Гладиатор совсем отчаялся, и приготовился встретить смерть, как вдруг...

- Не сдавайся, Лэнк! - это кричала Намико.

Глаза гладиатора, уже, казалось, безвольные, раскрылись, зрачки расширились.

"Лэнк... Мое старое имя...."

И Хруст вспомнил все. Вспомнил детство и унижения, вспомнил свои мучения, скитания, спасение...

Хруст осознал, что если он сейчас сдастся, то весь путь, что он прошел, будет напрасным. Что все тренировки пойдут прахом. А самое главное - что погибнет Намико, погибнет клан, друзья. Он не мог этого допустить. Хруст собрал все силы в кулак, взглянул в глаза Гравису. Ледяные, безжалостные глаза эльфа встретились с яростным, полным воли взглядом человека.

- Только после тебя! - проорал гладиатор. До хруста сжав пальцы в кулак, он, что было силы, ударил ненавистного эльфа по лицу. Попал, кажется, в челюсть. Удар был такой силы, что Грависа отбросило на пару шагов назад. Хруст поднял один из мечей, и, тяжело дыша, двинулся на противника. Гравис сплюнул, похоже, кровью. Он с ненавистью посмотрел на гладиатора, словно хотел испепелить его взглядом, и кинулся в бой. Но сейчас все было по-другому. Хруст успешно парировал удары, несколько раз чуть было не разрубил эльфа пополам. Осознание того, что отступать некуда, желание защитить Намико и всех остальных придавали ему сил. Гравис же совсем утратил контроль над собой. Обычно холодный и самоуверенный, он яростно и впустую атаковал Хруста, глаза его налились кровью. Гладиатор же, уловив момент, увернулся от атаки Грависа и вонзил клинок в грудь эльфу. Брызнула алая кровь. Хруст смотрел в глаза врагу, видел его боль, бессильную ярость.

- Надеюсь, мы больше не увидимся, - сказал гладиатор и вынул меч из тела эльфа. Гравис рухнул на землю. Перед глазами плыло. Кажется, это кровь заливает глаза. Гравис вспомнил старого знакомого из далекого прошлого. Тот говорил страннику бездны, что если тот вступит на кровавый путь, все закончится печально. Потом он пытался помешать Гравису и был убит. Эльф тогда лишь рассмеялся над словами друга.

"А он, похоже, был прав" - подумал Гравис. -" Быть убитым таким сопляком - какой печальный конец...". И Гравис провалился в темноту.

Хруст убрал меч в ножны, подобрал второй клинок и затем кинулся в ту сторону, где была статуя. Там, в траве, он нашел Намико. Теперь все было ясно - Арин не промахнулся. Магия превращения не успела сработать полностью, когда стрела попала в девушку. Белая, сверкающая стрела торчала из живота волшебницы. Намико тяжело дышала, изо рта текла тонкая струя крови.

- Спасибо, без твоей помощи я не смог бы одолеть его, - пробубнил Хруст. - Что... что я могу сделать? - прошептал он.

- Ты отлично справился, молодец, - голос девушки был слабым и тихим, но в нем слышалась радость. - Теперь слушай, - волшебница достала из кармана мантии какой-то предмет. - Времени мало. Когда ты вытащишь стрелу, у нас будет несколько секунд, прежде чем кровь заполнит брюшную полость и... - она разжала ладонь. - Стрелу вытаскивай аккуратно, но быстро. Затем одень это мне на руку, и себе. - В руке у нее было два браслета. Они были совсем миниатюрные, золотого цвета, все в дивных узорах, похоже, эльфийских. Браслеты были скреплены золотой нитью. Хрст впервые в жизни видел подобную вещь и даже не догадывался о ее применении.

- Затем представь кувшин с водой и сухой цветок, - гладиатор едва мог слышать Намико, они говорила все сбивчивее и слабее, теряя последние силы. - Ты берешь кувшин и поливаешь цветок. Шансов мало, но попробовать стоит, - Намико протянула руку Хрусту. - Давай!

Гладиатор обхватил стрелу руками и быстрым аккуратным движением извлек ее. Должно быть, это было крайне болезненно, но Намико не подала виду. Она смотрела прямо перед собой.

Счет пошел на секунды. Хруст одел один из браслетов себе на руку, второй нацепил на руку девушки.

- Готово. Что теперь? - сбивчиво проговорил воин. Намико не отвечала. Кровь стекала из ее раны на животе, тонкой струей текла изо рта девушки. Она смотрела прямо перед собой пустым взглядом.

- Нет... ты не умрешь, - прошептал Хруст. Он закрыл глаза, представил кувшин с водой. Представил, как поливает засохший цветок. Прошло несколько бесконечно долгих мгновений. никакого эффекта. Хруст сосредоточил все свое естество на желании помочь, забыл про рану, про боль, откинул все мысли.

"Отдать все, что есть. Только, пожалуйста, не умирай!" - слезы навернулись из глаз. Тонкая, кристально чистая струя стекала по щеке воина. Браслет на руке Хруста вдруг потеплел. Воин почувствовал это и не ослаблял концентрации. Браслет объяло голубое сияние. С каждой секундой он светился все сильнее и сильнее. Затем свечение передалось и нити, соединяющей браслеты, и устремилось на другой конец, ко второму браслету. Затем браслет Намико тоже засветился. Хруст чувствовал, что теряет все больше сил с каждой секундой, но это его не заботило. Он стремился отдать все до последней капли. Тут зрачки волшебницы, казалось уже мертвые, резко сузились, фокусируясь. Губы девушки зашевелились. Она читала заклинание. Затем целительницу объял столб яркого света. Поток исцеляющей магии был настолько мощным, что трава вокруг закачалась, будто от порыва ветра. Рана на животе девушки затянулась, осталась лишь дыра в мантии. Хруст вздохнул с облегчением. Нами попыталась подняться, но сил не хватило и она упала. Гладиатор подхватил ее на руки и помог сесть.

- Ты от меня так просто не отделаешься, - Хруст широко улыбался.

- Я все таки нашла тебя, - девушка тоже улыбнулась.

- Ты давно нашла, вообще-то, - пробубнил воин.

- Сейчас объясню. Ты знаешь, что это? - она указала на браслеты.

- Мне кажется, он эльфийский, а так - нет, - вздохнул воин.

- То, что ты сделал - под силу очень немногим. Так передавать энергию могут только специально обученные маги, - сказала Намико. - Вдобавок, он должен быть светлым. По-настоящему. А ты вовсе не маг, но сумел передать мне свою энергию. Это значит, что ты необыкновенно... - Намико замялась, подбирая слова. - Очень светлый человек с чистым сердцем.

- Так бы ты спросила, я бы и так рассказал, - рассмеялся воин, помогая Намико подняться.

- Таких людей практически нет, нам говорили. Тех, кто готов помогать другим. Но я верила, что найду, искала. Тогда, в заброшенном лагере, я почувствовала в тебе свет, но я была неуверенна. Теперь знаю точно.

- А обычно ты не так многословна, - заметил Хруст. - Ну, раз так, не расскажешь, как ты обо всем узнала? Я о недавних событиях.

- Это очень долгая история, - покачал головой Намико. - и тайная. Но кое- что я могу сказать. Я узнала, что восемнадцать лет назад один из кланов набирал детей на обучение. Но дело не в этом. Он считал, что обучение будет гораздо более эффективным, если обрубить все связи ребенка с его семьей, родными, друзьями - всеми, кто ему дорог, наполнить его ненавистью. Поэтому он нанимал отряды налетчиков, чтобы уничтожать приграничные деревни. Там он находит детей, и, чтобы войти к ним в доверие, якобы спасал им жизнь, убивая налетчиков. Оставалось только взять ребенка и обучить. Но пройти через такой ужас могли далеко не все. Насколько я знаю, обучение завершили лишь двое - маг и лучник. Зато они стали выдающимися, оправдали все надежды клана и помогли набрать ему немалую силу. Ты, кстати, знаком с лучником. Его звали Арин.

Глаза Хруста округлились. Теперь он начинал понимать, что стало причиной поступков этого эльфа.

- Второй, маг, был убит несколько дней назад. Кажется, его звали Тиос. Так вот, с помощью информаторов я собирала информацию о них, их планах, их шпионах. Так и вышло, что я была в курсе всех событий. Ну а детали тебе знать ни к чему.

Тем временем осада уже закончилась. Оставшиеся в живых Мираклы бежали с поля боя, их не преследовали. Хруст и Намико направились к воротам. Там они нашли Вирида. Доспех его был покрыт вмятинами и царапинами, на правом плече была свежая повязка. Тяжелее пришлось Эйнару. Он был ранен серьезнее своих товарищей, потерял много крови. Его подхватили соратники и отнести к целителю. Мидвард отделался лишь царапинами и порезами, и теперь сидел у ворот и раскуривал свою любимую трубку. Радости друзей не было предела, когда они узнали что с Хрустом и Намико все в порядке. Потом пришел Мэлс. Он от души поблагодарил всех за помощь, принялся расспрашивать друзей и рассказывать о делах клана. Хруст был далеко от них. Он думал о друге. Как же несправедливо складывается иногда жизнь. Хруст вспомнил о старом разговоре с Арином. Тогда эльф сказал, что не хотел бы быть похоронен после своей смерти.

"Не хочу, чтобы мое тело гнило под землей в тесном гробу. Лишь огонь может дать свободу..." - говорил он.

Хруст исполнил пожелание, собрал большой костер и на закате предал огню тело Арина. Пламя весело играло, тянулось вверх, к небесам, стремясь облизнуть облака.

"Надеюсь, ты обрел мир" - думал Хруст.

Эйнара в скором времени поставили на ноги и они вместе с Мидвардом покинули земли Адена, вежливо отклонив предложение на праздник и приняв искренние слова благодарности клана Варриоров.

А вечером в кланхолле Адена был пир. Множество свечей освещало зал с накрытыми столами, ломившимися от яств и выпивки. Праздновали победу, поминали павших друзей, радовались жизни. Вириду предложили вступить в клан, на что тот с удовольствием согласился. Толи ему было до крайности приятно вступить в ряды доблестных воинов клана, толи два кувшина вина, выпитые копейщиком, говорили вместо него. А скорее всего и то и другое. В этот момент Намико вышла из-за стола и вышла на балкон. Девушка прошла к перилам и заглянула в темноту ночи. Спящий уже город окрашивался в бледно синие тона висящей высоко в небе луной. Легкий, прохладный ветер подул с востока, развивая волосы волшебницы. Этот необычайный ночной воздух. Он придает сил и вселяет ощущение некой особой, упоительной эйфории. Темные просторы так и манят к себе, зовут в объятия. Как красиво...

За спиной послышались легкие шаги. Девушка обернулась -это был Хруст. Он подошел к намико, прислонился к перилам.

- Теперь, когда с Мираклами покончено, жизнь буде тише и размереннее. А теперь с нами Вирид. Бьюсь об заклад, переделки с распеваниями гимнов клана по ночам, раннеутренними побудками и другими забавами этого проныры не заставят себя ждать, - улыбнулся Хруст.

- Значит, мне тут больше нечего делать, - ответила Намико.

- А что, ты не любишь веселье? - удивился воин.

- Это скучно. Меня ждут более интересные вещи.

- Уходишь? И куда же ты теперь?

- Север.

- Ты, как всегда, многословна, - не удержался Хруст. Он немного помолчал, затем добавил:

- Впрочем, чего еще ожидать от такой загадочной особы, как кардинал в черной мании?

- На севере творятся странные вещи. Из деревень близ Годдарта стали пропадать люди. В тамошних лесах, говорят, видели оборотней. Прорицатели в один голос говорят о скоплении темной энергии. Инквизиция считает, там не обошлось без некромантии, или чего похуже...

- Что ж, это интригует, - ухмыльнулся гладиатор. - Что скажешь, если я захочу пойти с тобой?

- Знаешь, пару дней назад я бы сочла тебя грузом, который мешается под ногами... Но теперь я знаю, что ты не так прост, как кажешься, - Намико подошла вплотную к Хрусту, прошептала на ухо:

- Может на что и сгодишься.

Затем девушка направилась к дверному проему, у самого порога она останновилась.

- Выступаем на рассвете, - с этими словами волшебница скрылась в полумраке помещения, оставив воина наедине со своими мыслями. Хруст проводил Нами глазами, полными радости.

"Конечно, сгожусь"

Гладиатор некоторое время любовался луной, затем отправился в зал. Там царила приятная глазу полумгла. Свечи придавали всем предметам теплые оранжевые и охристые цвета.Зал наполняли радостные, хоть и не совсем в такт исполняемые, песни о славных временах, звон кувшинов да стаканов с напитками и веселый смех. Опрокинув во славу воинов еще пару кружек вина, Хруст отыскал Вирида и поведал ему в своем отбытии. Несмотря на свое "приподнятое" состояние Вирид все воспринял вполне адекватно. Друзья крепко обнялись и пожелали удачи друг другу. О том, что его будут искать, Хруст не беспокоился, ведь Вирид в нужное время всем все расскажет. Гладиатор направился в свою комнату и принялся за сборы. На дно сумки укладывались одни за другими различные зелья, походное одеяло, одежда, продовольствие и другая утварь, которая могла понадобиться в путешествии. Когда пузатый ранец был доверху наполнен снаряжением, а клинки отполированы до ровного блеска и заточены, Хруст повалился на кровать и сладко уснул.

Солнце уже пролило первые лучи на Эльмореден, когда гладиатор проснулся. Он быстро встал, одел новую, белоснежную броню, закрепил на поясе верные мечи. Последним штрихом был плащ насыщенного зеленого цвета из плотной ткани, накинутый на плечи и любимая широкополая шляпа с пером. Хруст накинул лямки рюкзака и вышел из комнаты. Внизу, в холе, его уже ждала Намико.

- Готов? - Намико встала, потянулась.

- Как никогда, - улыбнулся Хруст.

И вот уже столица Эльморедена осталась за спиной, под ноги легла старая, утоптанная тысячами торговцев и путников, дорога. Впереди - неизвестность.

День обещал быть просто прекрасным. На синем небе было множество кучерявых, кремовых облаков. Они бежали вдаль весело и беззаботно.

- Знаешь, Нами, моя душа всегда радостно трепещет, когда впереди появляются новые приключения.

- Да, - просияла волшебница.

- Верные клинки, походный плащ на плечах и дорога под ногами - это по мне, - довольно рассуждал воин.

- Послушай, Хруст, скажи мне одну вещь, - проговорила девушка.

- Какую? - добродушно поинтересовался воин.

- Если вспомнить нашу с тобой историю знакомства, то я, как бы это сказать, не всегда хорошо с тобой обращалась. Не держи зла.

- О чем ты? - улыбался воин. - Ты вселяешь в меня счастье, мне хочется жить и радоваться, когда ты рядом.

- И от куда в тебе столько жизнерадостности? - удивлялась Намико.

- Знаешь, как-то я читал старую, приинтересную книженцию, и один стих из нее мне особенно понравился. Давно же это было, как же там? А, вспомнил:




Кто битым жизнью был, тот большего добьется.

Пуд соли съевший, выше ценит мед.

Кто слезы лил, тот искренней смеется.

Кто умирал, тот знает, что живет...




Намико нежно улыбалась, глядя на идущего рядом с ним гладиатора. Он и вправду не так прост, как кажется...

- Слушай, Нами, а я не рассказывал тебе, как мы с сокланами делали вылазку в Раскаленные Топи? Ох и перепугались мы тогда, кто же знал что там столько немытых, оголделых орков? А эти драконы... Вообщем, слушай, дело было так....

Намико весело смеялась, слушая рассказ беззаботного гладиатора. Идти было легко и приятно. Игривый ветерок приятно освежал. Впереди, за далекими лесами высились зеленые, поросшие деревьями, старые горы...
Комментарии (11)
 
<< [Первая] < Предыдущая 1 2 3 4 Следующая > [Последняя] >>
Результаты 136 - 137 из 137

Галерея

160293EC500B-8.jpg

Кто на сайте?

  Online: 24

Спонсоры:
0.2412